Исповедь патриота - Владимир Гоник

И только одна маленькая ошибка, допущенная сгоряча, оказалась непоправимой: понятно, что усеченная плоть - потеря невосполнимая. Конечно, он поступил опрометчиво, утраченного не вернуть, хирургия - она и есть хирургия, спешка в таком деле неуместна. Тут, как говорится, семь раз отмерь...

Тайный убыток томил Бурова и угнетал, жег ему сердце. Пустяк, казалось бы, лоскут кожи, но Буров незначительному дефекту внешности придавал огромное значение. Не мог он с ним смириться: то был символ.

- Окоротили евреи, - с горькой скорбью сетовал он не раз. - Неужто навсегда?

Можно понять его отчаяние: в глубине души как истинный патриот он понимает свою неполноценность. Сейчас он уповает на патриотов-хирургов, которые, по слухам, творят чудеса.

- Поинтересуйся, может возьмется кто? - обратился ко мне Буров, прощаясь.

И теперь я обращаюсь ко всем: неужели никто не поможет? Неужели мы не вернем патриоту утраченную первозданность?