Игра - Анатолий Днепров

- Я возражаю! - закричал мой "заядлый кибернетист", Антон Головин. - В этой игре в машину мы выполняли роль отдельных реле, то есть нейронов. Но никто никогда не утверждал, что мыслит каждый отдельный нейрон головного мозга. Мышление есть результат коллективной работы большого числа нейронов!

- Предположим, - согласился Зарубин. - В таком случае вы должны допустить, что во время нашей коллективной игры в воздухе или неизвестно где еще витали какие-то "машинные сверхмысли", неведомые и не постижимые для мыслящих деталей машины! Что-то вроде гегелевского мирового разума, так?

Головин осекся и сел на место.

- Если вы, мыслящие структурные единицы некоторой логической схемы, не имели никакого представления о том, что вы делали, то можно ли серьезно говорить о мышлении электронно-механических устройств, построенных из деталей, на способности к мышлению у которых не настаивают даже самые пламенные сторонники электронного мозга. Вы знаете эти детали - радиолампы, полупроводники, магнитные матрицы и прочее. Мне кажется, что наша игра однозначно решила вопрос: - может ли машина мыслить. Она убедительно показала, что даже самая тонкая имитация мышления машинами не есть само мышление высшая форма движения живой материи. На этом работу нашего Съезда разрешите считать завершенной.

Мы провожали профессора Зарубина бурными, долго не смолкавшими аплодисментами.