Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

нем отзывы командиру. Не нуждался ли глава повстанцев в окончательном доказательстве, что Эллис представлял собой серьезную личность, заслуживавшую его уважения? В армии протокол и субординация всегда имели большое значение. Даже в партизанской армии. Но вот только Эллис уже не мог себе позволить затягивать эти игры слишком долго. Если Масуд не появится сегодня, Эллис отбросит всю свою маскировку инструктора-подрывника, прямо признает, что является важным послом из Белого дома, и потребует немедленного свидания с повстанческим лидером.

Донесся не слишком впечатляющий хлопок взрыва, на его месте поднялось в воздух облачко пыли. Партизаны казались разочарованными столь слабой взрывной силой устройства. Эллис принес им все еще горячий лист металла, держа его с помощью шарфа. Имя Али выглядело словно вырезанным кривыми буквами в прочной стали. Он показал его спутникам, чем вызвал среди них оживленное обсуждение увиденного. Эллис остался доволен: это послужило четкой демонстрацией того, как взрывчатка становилась более мощной там, где в ней делали углубления, что, на первый взгляд, противоречило здравому смыслу.

Внезапно партизаны затихли. Эллис оглянулся и увидел другую группу, состоявшую из семи или восьми человек, приближавшуюся с дальней стороны вершины холма. Старые ружья и шапочки читрали обозначали их принадлежность к повстанцам. Когда они подошли совсем близко, Али весь напрягся, и создавалось впечатление, что он готов встать по стойке «смирно» и отдать вновь прибывшим честь.

— Кто это? — спросил Эллис.

— Масуд, — прошептал Али.

— Который из них?

— Тот, что идет в центре.

Эллис пригляделся внимательнее к центральной фигуре группы. Поначалу Масуд, как представлялось, ничем не выделялся среди остальных. Худощавый мужчина среднего роста в одежде цвета хаки и русских сапогах. Эллис тщательно изучил его лицо. Оно отличалось достаточно светлой кожей. Редкие усики и под стать им жиденькая бородка, как у подростка. Удлиненной формы нос, крючковатый ближе к кончику. Вокруг настороженных темных глаз образовались глубокие морщины, поэтому он мог показаться старше своих официальных двадцати восьми лет. Такое лицо нельзя было назвать красивым, но оно светилось благородным умом, излучало спокойную властность, что и отличало его прежде всего от остальных шагавших рядом мужчин.

Он прямиком направился к Эллису, протягивая ему руку.

— Я — Масуд.

— Эллис Талер. — И он пожал ему руку.

— Мы собираемся взорвать этот мост, — сказал Масуд по-французски.

— Хотите сразу приступить к делу?

— Да.

Эллис готовил к работе свою сумку с необходимыми приспособлениями, пока Масуд обходил группу партизан, некоторым пожимая руки, других приветствуя кивком головы, а с кем-то даже обнимаясь, но для каждого находя несколько ободряющих слов.

Затем они все спустились с холма беспорядочной толпой. Как понял Эллис, они считали, что так, если их заметят издали, то примут за крестьян, а не за организованный отряд повстанческой армии. У подножия холма они стали уже невидимы с дороги, хотя их легко могли бы разглядеть с вертолета. Эллис предположил, что при звуке вертолетных винтов они сумеют найти для себя укрытие. Затем вся группа направилась к реке по тропе, пролегавшей среди обработанных полей. Они миновали несколько небольших хижин, оказываясь в поле зрения работающих в полях людей, некоторые из которых тщательно делали вид, будто вовсе не замечают их, а другие махали вслед руками и выкрикивали приветствия. Достигнув реки, партизаны пошли вдоль берега, стремясь использовать каждый крупный камень и прибрежную растительность для того, чтобы сделать свои перемещения по возможности более скрытными. Когда до моста оставалось примерно триста ярдов, по нему проехали несколько армейских грузовиков, и повстанцы попрятались, пока машины гремели по мосту колесами, направляясь в сторону Рохи.

Затем выждали несколько минут и продолжили движение к мосту, забравшись под него, чтобы стать невидимыми с дороги.

В своей центральной части мост возвышался на двадцать футов над рекой, а ее глубина здесь достигала приблизительно десяти футов. Эллис отметил про себя, что это был простейший подвесной мост. Два длинных стальных троса на металлических опорах поддерживали железобетонную плиту, по которой проходила дорога, но никаких пилонов не существовало. Плита, разумеется, имела немалый вес, но тросы выдерживали напряжение от ее тяжести. Стоило только разорвать их, и мост непременно рухнул бы.

Эллис взялся за приготовления. Его запас тротила состоял из желтых брикетов: один фунт взрывчатого вещества в каждом. Он сложил десять брикетов вместе и скрепил их изоляционной лентой. Затем добавил еще три таких связки, использовав всю взрывчатку. Ему приходилось применять тротил, поскольку именно им обычно снаряжали авиабомбы, снаряды, мины и даже ручные гранаты, а партизаны в основном пополняли свой арсенал за счет вскрытия неразорвавшихся русских боеприпасов. Пластиковая взрывчатка была бы куда лучше для достижения поставленной задачи, поскольку ею можно заполнять любые полости, оборачивать вокруг тросов и вообще придавать любую необходимую форму. Однако приходилось довольствоваться тем, что сумели раздобыть повстанцы. Им даже порой удавалось получить немного пластиковой взрывчатки у русских саперов в обмен на марихуану, выращенную в долине, но подобные обмены, при которых приходилось прибегать к посредничеству солдат афганской правительственной армии, были делом рискованным, а пластита все равно оказывалось слишком мало. Обо всем этом Эллиса информировал еще в Пешаваре агент ЦРУ, и его сведения полностью подтвердились.

Опоры, поддерживавшие тросы, представляли собой стальные балки, расставленные на расстоянии примерно восьми футов друг от друга. Эллис сказал на дари:

— Кто-нибудь должен найти для меня палку вот такой длины. — Он указал на размер промежутка между опорами. Один из партизан прошелся вдоль берега и выдернул из земли молодое деревце. — Хорошо. Но мне нужна еще одна палка. Точно такая же, — распорядился Эллис.

Он положил вязанку взрывчатки к основанию одной из опор и попросил партизана временно удерживать ее на месте. Точно такую же порцию тротила пристроил под соседней опорой, а затем с силой прижал оба заряда с помощью ствола деревца, чтобы они крепились распоркой уже без помощи людей.

Идентичную операцию Эллис проделал на противоположной стороне моста.

При этом он комментировал каждое свое действие на смеси дари, французского и английского языков,