Омский альманах. Книга первая - Сергей Петрович Федотов
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В ту же минуту с мостика послышался громкий голос капитана.
— Старков! Вооружить двух бойцов винтовками, а самому взять револьвер. Я высажу вас на шлюпке.
— Есть, товарищ командир! Понятно.
Командир решил высадить краснофлотцев в Узкой пади. Она зажата двумя сопками и единственный выход — с западной стороны, недалеко от берега.
— Хорошо… — спускаясь с мостика, обратился к Старкову командир. — Я обхожу кругом и ожидаю вас против пади. Вы человек бывалый, знаете, что делать.
— Да, товарищ командир.
— Тогда исполняйте.
Старков поднес к бескозырке руку и, не успев еще опустить ее, повернулся.
— Грушин!
— Есть!
— Фалько?
— Есть!
— Быстро в кубрик. Из пирамиды по винтовке и подсумок. Не задерживаться!
— Есть! — в один голос ответили Грушин и Фалько.
Тем временем шлюпка была уже спущена на воду. Гребец сидел в ней, придерживаясь рукой за привальный брус.
Грушин уже выскочил из кубрика. Вслед за ним, застегивая ремень с подсумком, показался Фалько. Находу выслушивая последние приказания командира, Старков с краснофлотцами сел в шлюпку. Гребец налег на весла и несколькими ударами подогнал шлюпку к берегу. Лодка с полного хода врезалась в зашуршавший песок.
— Ну, становись в кильватер и полный вперед! — приказал боцман, широким жестом показывая на вершину сопки. Под ногами шелестела высохшая трава, хрустела выветренная ломкая порода. Она, негромко постукивая, катилась вниз, к морю. Руки, искавшие на крутом подъеме опоры, цеплялись за крепкие ветви кустарника.
Когда кончился подъем, моряки вошли в густые заросли и остановились на краю крутого обрыва. Старков остановился:
— Фалько! Смотрите по сторонам и, в случае чего, докладывайте.
Скрытый густой сеткой зелени, Старков внимательно рассматривал узкую падь. Небольшая долина производила впечатление совершенно дикого места. Лишь косые лучи солнца, готового погрузиться в море, несколько скрашивали ее угрюмый вид.
— А хорошее место они выбрали для высадки, — рассуждал вполголоса Грушин, присев позади Старкова. Старков осматривал в бинокль прибрежную полосу.
— Ага! Вот они.
— Сколько их?
— Только два. Фалько, не отвлекайтесь от наблюдения.
Два человека суетились у шлюпки, забрасывая ее камнями. Утопив шлюпку, они неторопливо двинулись от берега в глубь материка.
Старков отполз немного от обрыва и быстро объяснил обстановку.
— Слушайте, — тихо обратился он к Грушину и Фалько. — Там внизу место для выхода. Широкая тропа между скал. По ней редко кто ходит. Но они будут там наверняка. В этом месте мы с ними и встретимся. Ступайте за мной.
Через несколько минут они были уже у выхода. Старков выбрал место возле огромного, в трещинах и лишаях, камня и снова прильнул глазами к биноклю. Грушин и Фалько, настелив веток, — земля в этом месте была покрыта мелкими камешками, — залегли возле Старкова.
Две фигуры медленно поднимались по уклону.
— Теперь внимание, — прошептал Старков.
Грушин и Фалько, щелкая затворами винтовок, послали в ствол по патрону. Старков, отложив в сторону бинокль, вытащил револьвер и засунул за пояс под китель ракетный пистолет для сигнализации.
Незнакомцы, мерным шагом преодолевая подъем, приближались к засаде. Теперь их можно было разглядеть простым глазом. Первое, что останавливало на себе внимание, — преувеличенно небрежная одежда незнакомцев: истрепанные сапоги, порыжевшие засаленные костюмы. Похоже было, что люди вышли на работу. Старший, пожилой грузный мужчина с маленькой темной бородкой на широком лице, о чем-то порывисто говорил своему молодому спутнику — подтянутому, ушедшему в себя. Один нес любительские рыболовные снасти, в руках другого болталась связка мелкой рыбы.
Еще несколько десятков шагов и они поравнялись с засадой. Старков заложил за спину руку с револьвером и вышел из-под прикрытия.
— Далеко ли путь держите?
Незнакомцы вздрогнули от неожиданности и переглянулись между собой. Каждый как бы прочел во взгляде другого: уже, так скоро? Но в следующую секунду лица их приняли обычное, даже подчеркнуто равнодушное выражение. Они окинули с ног до головы Старкова и подошедших к нему Грушина и Фалько. Старков с неуловимой осторожностью следил за каждым движением незнакомцев.
Бородатый выступил на шаг вперед и, показывая на удочки и рыбу, ответил:
— Да, вот… За ухой ходили! Немного наловили. Клёв неважный. Теперь идем домой.
— Домой?
— Я уже сказал вам: домой.
— А где он, дом ваш?
Бородатый без запинки назвал один из близлежащих колхозов.
— Верно. Есть такой, — Старков подошел поближе. — Вы рыбу с берега ловили?
— Мы лодку брали.
— А где она, лодка?
— Видите ли.
— Вижу, вижу. Я должен вас обыскать. Вверх руки! — сказал Старков и отдал приказание Грушину и Фалько. — Взять на прицел!
Руки бородатого и его спутника молниеносно опустились к карманам. Незнакомцы хотели выиграть несколько секунд. Но их опередили: они увидели перед собой два дула, протянутых в упор и дрожаще, медленно — точно от большой тяжести — подняли руки на уровень головы.
— Выше, выше руки! — закричал Старков, размахивая револьвером.
Голова бородатого свесилась на грудь. — Итак, все, — говорил этот жест.
— Фалько, обыщите их!
Фалько быстро исполнил приказание. Через несколько минут Старков держал в руках три, отливающих вороненой сталью, браунинга, небольшую карту местности, паспорта, партийный билет с подозрительно свежей фотографией и еще какие-то справки.
— Теперь все в порядке, — произнес Старков. — Можете опустить руки.
И добавил:
— Ну, рыболовы. Наверно устали. Теперь пойдем отдыхать.
Неожиданно бородатый заговорил. Говорил он возбужденно, сбивчиво. Из его слов можно было только понять, что он в прошлом офицер и на своем веку немало перестрелял таких, как они, конвоирующие его сейчас краснофлотцы.
— Хватит, — прервал его Старков. — Что вы, в самом деле, в театре?
Товарищ бородатого молчал.
С моря повеяло легким бризом. В воздухе чувствовалась прохлада. Сумерки, незаметно надвигаясь, скрадывали очертания скал. Во всем вечернем многообразии красок и звуков чувствовалась невыразимая свежесть мира. И каким контрастом с ней казались два пойманных хищника!
Раушкин, гребец, попыхивая папиросой, уже хлопотал около лодки. Когда все пятеро приблизились к ней, Фалько, пропустив вперед бородатого, пошутил, обращаясь к Раушкину:
— Ну, принимай улов!
Сверкая еле заметными огнями, к берегу приближался катер. Он бесшумно скользил по морю, в котором уже мерцали первые звезды.
Сергей Федотов
ВОЗВРАЩЕНИЕ
Стихи
Третьи сутки гуляла „малина“…
Пела песни, пила во всю мочь.
К окнам с улицы — синяя, синяя —
Льнула звездная, зимняя ночь.
Под стеклянные брызги баяна
Беззаботный, подвыпивший люд
Голосил исступленную, пьяную:
— „Я любила вора
И любить буд…“
Дверь открылась… Стоял на пороге
Смелый вор, гулеван и вожак,
Тот, который этапной дорогой
На семь лет был отправлен в Бамлаг.
Тот, кто жизнь разменял
