Затерянная библиотека - Изабель Ибаньез
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Исадора знала все правила безупречного этикета, но ей разрешали исследовать мир, стрелять из пистолета и участвовать в раскопках. Ей разрешали быть самой собой. Мне же приходилось прибегать к хитрости, тайнам и лжи. Внезапно я поняла, что моей матери пришлось сделать то же самое, чтобы жить так, как она хотела.
С другой семьей.
Исадора не притронулась к еде. Горячая пита давно остыла, как и фул медамес – ароматная каша из бобов фава, приправленная тмином, свежей зеленью и лимонно-чесночным соусом, которая варилась на медленном огне в течение ночи. Я видела, как Карим готовил ее на борту «Элефантины», и это блюдо стало моим любимым.
– Ты попробовала салат из помидоров и огурцов? – спросила я. – Очень вкусно, если обмакнуть в него…
– Я не голодна, – ответила Исадора.
Разочарование и беспокойство заставили меня податься вперед, и я перегнулась через стол, чтобы пододвинуть к ней чайник. Обеденный зал был полон туристов и официантов, вокруг было шумно.
– Съешь что-нибудь.
Губы Исадоры дрогнули.
– Ты ведешь себя… как сестра.
– Разве?
– Нужно ли мне напоминать, что я могу позаботиться о себе?
– Нужно ли мне напоминать, что ты почти ничего не ела последние пару дней? Что ты пережила огромный стресс?
Исадора улыбнулась.
– Почему ты улыбаешься?
– Меня забавляет, что ты беспокоишься о моем рационе.
– Я просто практична,– пробормотала я, откинувшись на спинку стула и нарушив одно из правил Mamá. – Вдруг ты упадешь в обморок посреди улицы?
– Со мной такого никогда не случалось.
– Papá постоянно говорил, что чувствует себя лучше, когда съедает что-нибудь после тяжелого дня. – Перед поездкой в Египет он всегда оставлял мне альфахорес. Печенье, посыпанное сахарной пудрой и начиненное вареным сгущенным молоком. Из-за папы я выросла такой сладкоежкой.
– Каким он был?
Я резко посмотрела на Исадору.
– Мать когда-нибудь рассказывала о нем?
Исадора отодвинула тарелку.
– Нет. Думаю, она хотела сохранить эту часть своей жизни в тайне.
– Ты знала, что у нее была еще одна дочь?
Исадора не дрогнув посмотрела на меня.
– Нет. Узнала после того, как вы с Рикардо и Уитом покинули Филе. Тогда мой отец рассказал мне, кто ты. – Она опустила взгляд. – В каком-то смысле я не удивилась. Меня тянуло к тебе с тех пор, как мы вместе отправились на «Элефантине» по Нилу.
– Но моя мать не рассказывала обо мне, – сказала я, чувствуя обиду.
– Наверное, она была несчастна и пыталась начать новую жизнь.
Новую жизнь, которая разрушила нашу семью. Новую жизнь, которая превратила ее в преступницу. Я не могла поверить, что Исадора защищала ее. Неужели она не знала, кем на самом деле была Mamá?
– Знаешь, – медленно начала я, – наша мать так же виновна, как и твой отец.
У Исадоры отвисла челюсть. Я вздрогнула, осознав, что впервые увидела неподдельную эмоцию на ее лице. Она подалась вперед, ее дыхание стало прерывистым.
– Что? О чем ты говоришь?
– Как ты думаешь, где она сейчас?
Исадора нахмурилась.
– Дома, конечно.
– Где это – дома?
– В Лондоне, – ответила она. – Мы жили то в Англии, то в Александрии. У нас там квартира и дом на Гросвенор-сквер.
Удивительно, на что пошла мать, чтобы построить новую жизнь. Должно быть, она ненавидела моего отца. Не собиралась ли она вообще бросить нас с Papá?
– Исадора, наша мать торгует на черном рынке здесь, в Каире.
Она встала и аккуратно задвинула свой стул.
– Ты лжешь.
– Пожалуйста, сядь.
– Зачем ты это делаешь? – спросила Исадора. В ее голосе не было никаких эмоций, и она держалась прямо, вздернув подбородок. Она была пугающе спокойна, в то время как я жалела, что не знаю, как сдержаться. Разговоры о матери всегда выбивали меня из колеи – я злилась, обижалась или пугалась.
– Это правда, – ответила я. – Пожалуйста, сядь.
Исадора посмотрела в сторону выхода, а я ждала затаив дыхание. Я не знала, что буду делать, если она уйдет из зала и из моей жизни.
– Куда ты пойдешь? – спросила я.
Исадора медленно повернула голову. Ее лицо оставалось бесстрастным, но руки дрожали.
– У меня есть друзья в городе.
Я кивнула с замиранием сердца. По крайней мере, она не будет одна.
– Я рада. Пожалуйста, не пропадай.
Но она не двинулась к выходу из обеденного зала. Должно быть, ждала, что я начну с ней спорить, но у меня был богатый опыт в том, как умолять людей остаться. Я знала, что из этого не выйдет ничего хорошего. Родители всегда уезжали, хотя знали, что я бы все отдала, лишь бы они взяли меня с собой или остались дома.
– У тебя есть доказательства?
– Да, – прошептала я.
Исадора отодвинула стул и медленно села, настороженно наблюдая за мной. Затем придвинула к себе тарелку и аккуратно откусила кусочек холодной питы.
– Мы обе пережили шок…
– Это все равно что осознать, что твой отец – преступник?
Я постучала вилкой по своей пустой тарелке.
– Да… это, безусловно, было тяжелым испытанием. Ты действительно не знала?
Исадора прикусила губу. Она молчала так долго, что я решила, что не дождусь ответа. Когда она все-таки заговорила, ее слова прозвучали отрывисто.
– Я снова и снова прокручивала это в голове… на самом деле… какие-то сомнения у меня всегда были.
– Продолжай.
Исадора сделала глоток из чашки.
– Наверное, в глубине души мне казалось странным, что они уходят на всю ночь несколько раз в неделю. И я никогда не задавала вопросов, когда они принимали у себя в гостиной кучу людей, даже если они казались… подозрительными.
– Подозрительными?
Ее губы скривились в гримасе. У Исадоры был такой вид, будто она только что съела лимон.
– Они не принадлежали к благородному обществу. Мать никогда не подавала им напитков и еды. Некоторые из них были довольно грубыми и засиживались допоздна.
Я не знала, какую часть правды рассказать ей. ИнтУитивно мне хотелось защитить Исадору. Вероятно, люди, с которыми встречались Лурдес и мистер Финкасл, тоже имели отношение к незаконной торговле артефактами. Но будь я на ее месте, мне бы не хотелось, чтобы со мной нянчились.
– В чем дело?
Я поморщилась. Исадора была проницательна, и скрыть что-либо от нее было непросто. Я задумалась, и лицо Эльвиры помутнело в моем сознании. Я тоже пыталась защитить ее, часто утаивая правду. И вот к чему это привело.
– Ты слышала о «Торговых вратах»?
