Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Тем временем Скалли и Швибах прилетели в Стамбул.
Убойный дуэт вылетел в самолете рейсом из Лондона в Тегеран через Копенгаген, когда иранцы вновь закрыли свой аэропорт, так что Скалли и Швибах присоединились к Булвэру в Стамбуле. Бросив якорь в отеле, они ждали дальнейших событий, и все трое испытывали неприятные последствия длительного пребывания в ограниченном пространстве. Швибах старался войти в роль «зеленого берета» и сделал попытку заставить их поддерживать форму с помощью пробежек вверх-вниз по лестницам отеля. Булвэр отважился на это один раз, а затем отказался от подобного занятия. Они уже потеряли всякое терпение в отношении Саймонса, Кобёрна и Поше, которые просиживали штаны в Тегеране и, по всей видимости, даже пальцем не пошевелили: почему эти парни не стараются приблизить события? Затем Саймонс отправил Скалли и Швибаха обратно в Штаты. Они оставили радиопередатчики у Булвэра.
Когда господину Фишу попались на глаза радиопередатчики, у него случился припадок. Он просветил Булвэра, что иметь радиопередатчик в Турции было в высшей степени преступно. Даже обычные транзисторные радиоприемники подлежали регистрации в правительственных ведомствах — из страха, что их детали могут быть использованы для сборки аппаратуры для террористов.
— Разве вам не понятно, насколько ваше поведение бросается в глаза? — укорял он Булвэра. — Вы названиваете на пару тысяч долларов каждую неделю и платите наличными. У вас нет здесь никакого бизнеса. Горничные, безусловно, видели радиопередатчики и болтали о них. Теперь вы наверняка находитесь под наблюдением. Забудьте о своих друзьях в Иране — в тюрьме окажетесь именно вы.
Булвэр согласился отделаться от радиопередатчиков. Паршивым в явно бесконечном терпении Саймонса было то, что дальнейшее промедление создавало новые проблемы. Теперь Скалли и Швибах не могли возвратиться в Иран, однако никто все еще не был обеспечен радиопередатчиками. Тем временем Саймонс продолжал твердить «нет» и другим вариантам. Господин Фиш указал, что есть два пункта перехода из Ирана в Турцию, один — в Серо, другой — в Барзагане. Саймонс выбрал Серо. Барзаган является более крупным и цивилизованным местечком, заметил господин Фиш: все будут там находиться в большей безопасности. Саймонс настоял на своем: «нет».
Был найден новый сопровождающий для доставки Булвэра к границе. У господина Фиша был коллега по бизнесу, чей зять служил в «Милли Истихбарат Тескилати», или МИТ, — турецкий аналог ЦРУ. Имя этого тайного агента было Илсман. Его удостоверение личности обеспечит для Булвэра защиту армии в разбойничьей местности. Без такого удостоверения, заверил господин Фиш, обычный гражданин подвергался опасности не только со стороны бандитов, но и турецкой армии.
Господин Фиш испытывал чрезвычайное беспокойство. По пути на встречу с Илсманом он заставил Булвэра пройти через весь обычный ритуал приемов рыцарей плаща и шпаги со сменой автомобилей и даже пересадкой на автобус на одном отрезке пути, будто бы стараясь отделаться от хвоста. Булвэр не видел необходимости во всем этом, если они действительно собирались навестить кристально честного гражданина, которому просто выпал жизненный жребий работать в разведывательной среде. Но Булвэр был иностранцем в чужой стране, вынужденным подчиняться и доверять господину Фишу.
Они в конце концов оказались в большом запущенном многоквартирном доме в незнакомой части города. Электричество было отключено, как и в Тегеране, так что у господина Фиша ушло некоторое время на то, чтобы найти в темноте нужную квартиру. Вначале он не мог добиться никакого ответа. В этот момент его попытка соблюсти тайну провалилась, ибо ему пришлось чуть ли не полчаса барабанить в дверь, а тем временем буквально все обитатели дома имели возможность как следует поглазеть на посетителей. Булвэр стоял там с ощущением белого человека, попавшего в Гарлем. В конце концов дверь отворила женщина, и они вошли внутрь.
Это была небольшая грязная квартира, набитая старомодной мебелью и тускло освещенная парой свечей. Илсман оказался невысоким мужчиной, возрастом примерно как Булвэр — лет тридцати пяти. Он давно не видел ступней своих ног — настолько был ожиревшим. Вид этого человека воскресил в памяти Булвэра стереотипный образ тучного полицейского сержанта в кинофильмах, в слишком тесной и пропитанной потом рубашке и скрученном галстуке, обмотанном вокруг места, где должна была бы располагаться его шея, если бы он обладал таковой.
Они сели, и, по предположению Булвэра, госпожа Илсман подала чай — как это было принято в Тегеране! Булвэр изложил свою проблему, господин Фиш переводил. Илсман весь исходил подозрением. Он подверг Булвэра перекрестному допросу о двух американцах-беглецах. Как мог Булвэр быть уверен в их невиновности? Почему у них не было паспортов? Что они привезут в Турцию? В конце концов он, казалось, убедился в том, что Булвэр откровенен с ним, и предложил доставить Пола и Билла от границы в Стамбул за восемь тысяч долларов, все включено.
Булвэр ломал голову, не разыгрывает ли Илсман комедию. Контрабандный ввоз американцев в страну был забавным времяпрепровождением для агента разведки. А если Илсман действительно был таковым, кто, в таком случае, по мнению господина Фиша, мог следовать за ним и Булвэром по городу?
Возможно, Илсман действовал по собственной инициативе. Восемь тысяч долларов были для Турции огромной суммой. Возможно, Илсман даже доложит своему начальству о том, что он делает. В конце концов Илсман мог рассчитать: если история Булвэра была подлинной, нет никакого вреда в оказании помощи; если же Булвэр лжет, наилучшим способом вызнать, что же он действительно задумал, было сопровождение его к границе.
Во всяком случае, в этот момент Илсман представлял собой наилучшее, что мог раздобыть Булвэр. Ралф согласился на названную цену, и Илсман открыл бутылку виски.
* * *В то время как прочие члены спасательной команды нервничали в различных частях света, Саймонс и Кобёрн ехали в автомобиле по дороге из Тегерана к турецкой границе.
Слово «разведка» было девизом Саймонса, и он хотел ознакомиться с каждым дюймом
