Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

это письмо, вы уже прождете меня напрасно на месте нашей встречи. Я глубоко и искренне сожалею, что подвела вас. К несчастью, меня заметили в вашем обществе в понедельник, из чего был сделан вывод, что у меня появился тайный возлюбленный!!!

«Если у нее неприятности, то по легкому тону письма этого никак не скажешь», — подумал Максим.

Меня сослали в сельскую усадьбу до конца сезона. Но, как оказалось, нет худа без добра. Мне никто не хотел говорить, где Алекс, но теперь я это знаю, потому что он здесь!!!

Максим ощутил дикую, всепоглощающую радость.

— Так вот где находится крысиная нора!

— Это дитя помогло тебе? — спросила Бриджет.

— Да. Она была моей единственной надеждой.

— Тогда тебе есть о чем беспокоиться.

— Знаю.

На вокзале Ливерпуль-стрит садитесь в поезд, который делает остановку в Уолден-Холле. Эта деревня принадлежит нам. Дом находится в трех милях от нее по дороге, ведущей на север. Однако ни в коем случае не приближайтесь сразу к дому!!! По левую сторону от дороги вы увидите лес. Каждое утро перед завтраком, то есть между семью и восемью часами, я катаюсь там по тропе на лошади. Теперь я буду ждать вас в том месте ежедневно, пока вы не сможете приехать.

«Раз уж она решила встать на мою сторону, теперь ее ничто не остановит», — подумал Максим.

Мне пока неизвестно, когда это письмо будет отправлено. Я положу его на специальный столик в холле, только когда увижу, что там уже лежат другие конверты, — это единственный способ, чтобы никто случайно не приметил моего почерка. И тогда лакей отнесет мое послание на почту вместе с остальной корреспонденцией.

— Она смелая девушка, — сказал Максим вслух.

Я пошла на все это только ради вас, потому что вы для меня единственный человек на свете, который всегда говорит правду.

С глубочайшей преданностью

Ваша Шарлотта.

Максим откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он так гордился ею и так стыдился себя самого, что готов был заплакать.

Бриджет взяла письмо из его безвольно повисшей руки и начала читать.

— Видать, ей невдомек, что ты ее отец, — сказала она.

— Так и есть.

— Почему же она тогда готова помогать тебе?

— Она верит в справедливость того, что я делаю.

Бриджет только фыркнула в ответ.

— Ладно сказки-то рассказывать. Такие мужчины, как ты, всегда найдут женщину, которая поможет. Мне ли не знать этого, честслово!

Бриджет прочла письмо до конца и заметила:

— У нее почерк школьницы.

— Да.

— Лет-то ей сколько?

— Восемнадцать.

— Уже пора думать своей головой. А за этим Алексом ты и охотишься?

Максим кивнул.

— Кто он?

— Русский князь.

— Тогда заслуживает смерти.

— Он пытается втянуть Россию в войну.

— А ты втягиваешь во все это свою Шарлотту, — заметила Бриджет.

— Вы считаете, что я поступаю плохо?

С несколько раздраженным видом она вернула ему письмо.

— Кто может знать, плохо это или хорошо?

— Такова политика.

— Такова вся наша жизнь.

Максим разорвал конверт пополам и бросил в мусорную корзину. Сначала он хотел порвать и письмо, но не смог себя заставить сделать это. Когда все кончится, размышлял он, письмо, возможно, будет единственным, что останется у него на память о Шарлотте. Он сложил листки и спрятал в карман плаща. Потом поднялся.

— Мне пора на вокзал.

— Хочешь, сделаю тебе бутерброд в дорогу?

— Спасибо, я не голоден, — помотал головой он.

— А на проезд денег хватит?

— Я никогда не плачу за проезд.

Но она сунула руку в карман своего фартука и достала соверен.

— Вот, возьми. Купишь себе еще и чашку чая.

— Это большие деньги.

— На этой неделе могу себе позволить. И убирайся отсюда, пока я не передумала.

Максим взял монету и поцеловал ее на прощание.

— Вы были очень ко мне добры.

— Я это делала не для тебя, а для своего Шона, упокой Господь его веселую душу!

— Прощайте!

— Удачи тебе, сынок.

И Максим ушел.

Уолден входил в здание Адмиралтейства, преисполненный оптимизма. Он сдержал слово: уговорил Алекса согласиться на вариант с Константинополем. Накануне после обеда Алекс отправил телеграмму царю с рекомендацией принять британское предложение. А Уолден был уверен, что российский император последует совету любимого племянника, особенно теперь — после убийства в Сараево. В чем он, однако, уверен не был, так это в способности Асквита сломить сопротивление Ллойда Джорджа.

Его провели в кабинет первого лорда Адмиралтейства. Черчилль буквально выскочил из кресла и обошел вокруг письменного стола, чтобы пожать Уолдену руку.

— Мы уговорили Ллойда Джорджа! — торжествующе объявил он.

— Превосходно! — воскликнул Уолден. — А я окончательно убедил Орлова.

— Я в вас и не сомневался. Присаживайтесь.

«Благодарности от таких людей не дождешься», — отметил про себя Уолден. Но даже Черчиллю не под силу испортить ему в такой день настроение. Он уселся в кожаное кресло и оглядел кабинет с навигационными картами по стенам и военно-морскими атрибутами на столе.

— Новости из Петербурга могут поступить в любую минуту, — сказал он. — Российское посольство тут же отправит копию сообщения вам