Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
На Уолдена все это произвело большое впечатление. Он и не догадывался, что преступник мог так обильно наследить. Его самочувствие начало приходить в норму.
А потом Томсон обратился к молодому человеку в фетровой шляпе и рубашке с мягким воротничком:
— А тебе, Тейлор, придется выполнить самое ответственное поручение. Мы с лордом Уолденом видели убийцу мельком, зато леди Уолден имела возможность хорошо его рассмотреть. Ты отправишься с нами, чтобы повидать ее светлость. Совместными усилиями мы поможем тебе нарисовать его портрет. Мне надо, чтобы это изображение размножили в типографии сегодня же вечером, а завтра к полудню оттиски необходимо раздать во всех полицейских участках Лондона.
«Ну, теперь ему от нас не уйти», — подумал Уолден. Но потом вспомнил, что считал точно так же, устраивая засаду в отеле, и его снова начало трясти.
Максим посмотрелся в зеркало. Он постриг волосы очень коротко, на прусский манер, и выщипал брови, превратив их в две тонкие линии. С этого момента он перестает бриться, чтобы уже завтра его щеки покрыла щетина, а через неделю борода и усы полностью скрыли приметные рот и подбородок. Вот с формой носа он ничего поделать не мог. Купил только подержанные очки в проволочной оправе. Линзы были маленькие и не мешали все четко видеть поверх них. Шляпу-котелок и черный плащ он обменял на синий моряцкий бушлат и твидовую кепку с козырьком.
Разумеется, его все еще легко было узнать, вглядевшись пристальнее, но при беглом взгляде он казался совершенно другим человеком.
Максим прекрасно понимал, что оставаться у Бриджет больше нельзя. Все химикаты он купил в радиусе одной-двух миль отсюда, и, установив это, полиция начнет прочесывать район дом за домом. Рано или поздно они появятся на этой улице, и кто-нибудь из соседей ляпнет: «О, да я его узнал. Он снимает подвал у Бриджет».
Максим пускался в бега. Это было унизительно и нагоняло тоску. Ему доводилось скрываться и прежде, но всегда после очередного убийства и никогда до него.
Он собрал свою бритву, пару чистого исподнего, кусок самодельного динамита, книгу прозы Пушкина и завязал все это в узел из рубашки. Потом поднялся в гостиную Бриджет.
— Иисус, Мария и святой Иосиф! — воскликнула она. — Что за ерунду ты сотворил из своих бровей? Они так были тебе к лицу.
— Я должен уехать, — сказал он.
Она посмотрела на его узелок.
— Вижу, ты уже уложил багаж.
— Если к вам явится полиция, нет нужды их обманывать.
— Да я им прямо скажу, что выгнала тебя вон, заподозрив в тебе анархиста.
— Прощайте, Бриджет.
— Лучше сними с носа эти дурацкие очки и поцелуй меня.
Максим поцеловал ее в щеку и вышел в прихожую.
— Удачи тебе, мой мальчик! — напутствовала она его вслед.
Он сел на велосипед и в третий раз со времени прибытия в Лондон отправился на поиски жилья.
Ехал он медленно. От полученных ран он уже полностью оправился, но пребывал в подавленном состоянии духа после второго неудавшегося покушения. Он пересек северную часть города, потом Сити и перебрался на другой берег Темзы по Лондонскому мосту. Оттуда направился на юго-восток и, миновав паб со звучным названием «Слон и замок», стал осматривать дома.
На Олд-Кент-роуд ему попался захудалый квартал, где комнаты стоили дешево, а хозяева не задавали лишних вопросов. Максим подобрал комнатушку на последнем этаже доходного дома, принадлежавшего, как торжественно сообщил ему управляющий, англиканской церкви. Здесь нитроглицерин изготовить бы уже не удалось: в комнате, да, собственно, и во всем здании, не было водопровода — только колонка и общий деревянный сортир во дворе.
Комната оказалась, мягко говоря, мрачноватой. В одном из углов красноречиво стояла на самом виду мышеловка, а единственное окно было разбито, и его закрывала старая газета. Краска облезла, от матраца воняло. Управляющий, горбатый толстяк, шаркавший домашними тапочками и непрерывно покашливавший, предложил:
— Если пожелаете починить окно, я знаю, у кого можно купить стекло по дешевке.
— Где я могу хранить свой велосипед? — спросил Максим.
— Лучше затащить к себе в комнату. Иначе его уведут в два счета.
С велосипедом у стены в комнате едва хватало пространства, чтобы протиснуться от двери до кровати.
— Меня все устраивает, — сказал тем не менее Максим.
— Тогда гоните двенадцать шиллингов.
— Но вы же сказали, три шиллинга в неделю.
— У нас принято брать за четыре недели вперед.
Максим заплатил. После покупки очков и доплаты за новую одежду у него оставался всего один фунт и девятнадцать шиллингов.
— Если хотите привести стены в порядок, могу достать краску за полцены, — не отставал управляющий.
— Я подумаю, — пообещал Максим. Комната была отвратительная, но его это сейчас волновало меньше всего.
С завтрашнего дня предстояло снова начать поиски Орлова.
— Стивен! Слава Богу, ты невредим! — воскликнула Лидия.
Он обнял ее.
— Конечно же, со мной все в полном порядке.
— Но что же произошло?
— Боюсь, нам не удалось арестовать преступника.
От облегчения Лидия чуть не лишилась чувств. С того момента, как Стивен решительно заявил, что «поймает этого человека», ее трясло от двойного страха. С одной стороны, ужасала мысль, что Максим убьет Стивена, а с другой — пугала перспектива вторично стать виновницей заключения Максима в тюрьму. Она знала, через что ему пришлось пройти в первый раз, и ей делалось дурно при
