Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Приехала в Лондон побираться, — жестко оборвал ее Уолден.
— Папа! — возмутилась Шарлотта.
— Ты не понимаешь, что происходит, дочь…
— Я все прекрасно понимаю…
Появилась Лидия и скомандовала:
— Немедленно отойди от этого создания, Шарлотта!
— Это не какое-то создание. Это же наша Энни!
— Энни — падшая женщина! — взвизгнула мать.
— Довольно! — сказал Стивен. — В нашей семье не принято выяснять отношения посреди улицы. Все в дом — и быстро!
Шарлотта обняла Энни за плечи.
— Ей нужно принять ванну, переодеться и позавтракать.
— Не говори глупостей! — воскликнула мать, у которой один вид бывшей горничной вызывал истерику.
— Хорошо, — сказал Уолден. — Отведи ее в кухню. Младшая прислуга уже должна быть на ногах. Вели им заняться ею. А потом я хочу видеть тебя в гостиной.
— Но это же безумие, Стивен! — пыталась возражать Лидия.
— Давайте зайдем в дом, — отрезал отец.
И все они вошли внутрь.
Шарлотта сразу отвела Энни в кухню. Уборщица терла тряпкой пол, а помощница поварихи нарезала ломтиками бекон к завтраку. Только что пробило пять часов утра. Шарлотта и не догадывалась, что они начинают рабочий день в такую рань. Обе изумленно посмотрели на молодую хозяйку, когда та появилась перед ними в бальном платье, держа за руку Энни.
— Это Энни, — сказала им Шарлотта. — Она раньше работала в Уолден-Холле. Ей не повезло в жизни, но девушка она хорошая. Налейте для нее ванну и найдите какую-нибудь приличную одежду, а эти тряпки сожгите. Потом не забудьте хорошо накормить.
На несколько секунд служанки замерли в недоумении, наконец младшая повариха ответила:
— Сделаем, как вы пожелаете, миледи.
И Шарлотта вышла.
«Теперь у меня будут неприятности», — думала она, поднимаясь по ступенькам с ощущением, что собственные родители ее предали. Чего стоили годы, потраченные на никому не нужную учебу, если за одну ночь она узнала столько важных в этой жизни вещей, о которых ей никто не говорил? Несомненно, они заявят, что пытались защитить ее, но самой Шарлотте все это казалось сейчас одним большим обманом. Понимая, в каком иллюзорном мире она жила до сих пор, Шарлотта чувствовала себя полнейшей дурой, и это распаляло в ней злость.
Она смело вошла в гостиную.
Отец стоял у камина с бокалом в руке. Мама сидела за роялем, наигрывая что-то минорное с мученическим выражением лица. Шторы на окнах они задернули. И вообще, странно было находиться в этой комнате с недокуренными кончиками вчерашних сигар в пепельнице, с холодным утренним светом, смутно обозначавшим очертания предметов. Комната предназначалась для того, чтобы проводить в ней вечера при ярком искусственном свете и тепле очага, в толпе гостей в официальных нарядах, среди которых сновали лакеи, подававшие напитки.
Сегодня все здесь выглядело непривычно.
— Начну с того, Шарлотта, — заговорил Стивен, — что ты не понимаешь, какого рода женщина Энни. Мы, знаешь ли, не увольняем слуг без причины. Она совершила дурной поступок, в детали которого я не могу вдаваться…
— Я прекрасно знаю, что она сделала, — сказала Шарлотта, усаживаясь в кресло. — И знаю с кем. Это был помощник садовника по имени Джимми.
Мама тихо охнула.
— Вряд ли ты имеешь хоть какое-то представление, о чем сейчас говоришь, — сказал отец.
— А если бы и не имела, то по чьей вине? — вспыхнула Шарлотта. — Как получилось, что, дожив до восемнадцати лет, я и не догадывалась, что есть люди, которым из-за бедности приходится спать на улице, горничную, ждущую ребенка, лишают работы, а… мужчины устроены иначе, чем женщины? Поэтому не надо стоять там с надменным видом и заявлять, что я не понимаю простых вещей и мне еще многое предстоит узнать! Я всю свою жизнь училась, а теперь вдруг поняла, что все это была сплошная ложь! Как вы посмели! Как могли так со мной обращаться!
Она разразилась слезами, ненавидя себя за потерю самообладания.
— О, как это все глупо, — донеслась до нее реплика Лидии.
А отец сел рядом и взял ее за руку.
— Мне очень жаль, если ты действительно так думаешь, — сказал он. — Просто есть вещи, о которых девушкам твоего возраста лучше не знать. И если им не говорят о чем-то, то ради их же блага. Но мы никогда не лгали. Мы и в самом деле не спешили открыть тебе глаза на жестокую и неприглядную сторону жизни, но только в стремлении как можно дольше продлить твое безмятежное и полное радостей детство. Возможно, мы совершили ошибку.
Но мать была настроена более решительно:
— Мы стремились уберечь тебя как раз от тех неприятностей, в которые угодила Энни!
— Ну, я бы не стал говорить об этом в таких выражениях, — сказал отец гораздо мягче.
Гнев Шарлотты постепенно улетучился. Она снова почувствовала себя всего лишь ребенком. Ей захотелось положить голову на плечо отцу, но не позволяла гордость.
— Давай же простим друг друга, снова станем друзьями, а? — предложил Стивен.
Идея, уже какое-то время формировавшаяся в сознании Шарлотты, теперь приняла ясные очертания, и она решительно выпалила:
— А вы позволите мне нанять Энни своей личной горничной?
Отец опешил, но за него все сказала мать.
— И не подумаем! — воскликнула она истерично. — Об этом не может быть и речи! Чтобы у восемнадцатилетней дочери графа горничной служила женщина легкого поведения? Нет, нет и еще раз — нет!
— Но что же ей тогда делать? — спросила Шарлотта уже совершенно спокойно.
— Она должна была подумать об этом, когда… Ей следовало задуматься об этом раньше.
— Шарлотта, — кивнул согласный с женой отец, — мы и в самом деле
