Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— По мнению папы, Израиль сам стал расистским государством.

— Так говорит и наша молодежь. Что ж, у них есть на то основания. Если… — Он запнулся.

Она выжидающе смотрела на него.

— Если бы у нас с тобой родился ребенок, они бы отказались считать его евреем, он стал бы гражданином второго сорта. И все же мне кажется, это не будет длиться вечно. На данный момент религиозные фанатики, к сожалению, составляют большинство в правительстве, ведь сионизм изначально был религиозным движением. По мере созревания нации они постепенно отпадут. Расистские законы уже сейчас противоречивы, мы выступаем против них и рано или поздно победим.

Суза подошла к нему и положила голову ему на плечо, они обнялись и постояли молча. Дикштейн понимал, что ее не интересует политика: на самом деле ее тронуло упоминание о ребенке.

Очнувшись от воспоминаний, он вдруг понял: Суза нужна ему всерьез и надолго. Но как быть, если она откажется уехать с ним? Что выбрать: страну или любимую женщину? Вопрос без ответа…

Дикштейн посмотрел в окно. Типичная июньская погода: холод и проливной дождь. Привычные красные автобусы и черные такси сновали туда-сюда, поднимая фонтаны брызг. Своя страна, своя женщина — ему нужны обе.

Я был бы счастлив…

К бару на противоположной стороне улицы подъехало такси. Дикштейн напрягся, пытаясь разглядеть пассажиров сквозь пелену дождя. Из машины вышли двое. Он тут же узнал громоздкую фигуру Пьера Борга в темном плаще и фетровой шляпе, однако второй был ему неизвестен. Они расплатились с водителем и зашли в кафе. Дикштейн быстро оглядел улицу.

Метрах в пятидесяти в запрещенном месте стоял припаркованный серый «Ягуар». Завидев такси, водитель тронулся, сдал задом в боковую улочку и остановился на углу; оттуда вылез пассажир и направился вслед за Боргом.

Дикштейн вышел в холл, к телефонной будке и набрал номер кафе напротив.

— Слушаю.

— Позовите Билла, пожалуйста.

— Не знаю такого.

— Он там должен быть. Спросите, пожалуйста.

— Ладно. Эй, кто тут Билл? — Пауза. — Сейчас он подойдет.

Спустя мгновение в трубке раздался голос Борга.

— Да?

— Что за рожа с тобой?

— Глава лондонского отделения. Думаешь, ему можно доверять?

Дикштейн проигнорировал сарказм.

— Вы зацепили «хвоста»: двое в сером «Ягуаре».

— Мы их видели.

— Избавьтесь от них.

— Естественно. Слушай, ты знаешь город — как лучше всего?

— Отправь своего спутника обратно в посольство на такси — они должны поехать за ним. Выжди минут десять и поезжай на… — Дикштейн помедлил, мысленно подыскивая тихую улицу неподалеку. — На Редклифф-стрит. Я буду ждать там.

— Ладно.

Дикштейн выглянул в окно.

— Твой «хвост» только что зашел в кафе. — Он повесил трубку, вернулся на место и продолжил наблюдение.

Из кафе вышел посольский чиновник, открыл зонт и остановился на тротуаре, ожидая такси. Либо «хвост» узнал Борга в аэропорту, либо он следил за вторым пассажиром. Впрочем, это не имело значения.

Подъехало такси. Следом за ним из боковой улочки тут же вырулил серый «Ягуар». Дикштейн вышел из кафе и тоже подозвал машину. Таксисты на шпионах озолотятся, подумал он.

Доехав до Редклифф-стрит, Дикштейн велел водителю подождать. Через десять минут подъехала машина, из нее вышел Борг.

— Помигайте, — попросил Дикштейн таксиста. — Я жду вон того человека.

Борг заметил сигнал и помахал в ответ. Пока он расплачивался, появилось третье такси и остановилось в ожидании. Борг заметил слежку и неторопливо направился вверх по улице. Дикштейн попросил водителя больше не мигать.

Борг прошел мимо них. «Хвост» вышел из такси, заплатил и последовал за ним. Когда его машина скрылась из виду, Борг поспешно вернулся к машине Дикштейна и сел в нее.

— Поехали, — скомандовал тот водителю.

Они отъехали, оставив «хвоста» на тротуаре в попытках поймать новое такси. В тихом переулке шансов у него было немного, минут десять форы они выиграли.

— Ловко, — сказал Борг.

— Проще простого, — отозвался Дикштейн.

— И что все это значит? — вмешался водитель.

— Все нормально, — ответил Дикштейн. — Мы просто тайные агенты.

Таксист засмеялся.

— И куда теперь? В МИ-5?

— В Музей науки.

Дикштейн откинулся на сиденье и улыбнулся Боргу.

— Ну что, Билл, как делишки, старый пердун?

Борг нахмурился.

— С чего это тебе так весело?

Повисло молчание. Дикштейн вдруг осознал, что не подготовился к встрече — не продумал заранее, чего он хочет от Борга и как этого добиться.

«А чего, собственно, я хочу?» — задумался он. Ответ всплыл из глубин подсознания внезапно и ударил его, словно пощечина: «Я хочу раздобыть бомбу для Израиля и поехать домой».

Он уставился в окно. Дождь бил по стеклу косыми струями, напоминая потоки слез. Хорошо, что в машине не нужно разговаривать. На тротуаре стояли трое хиппи: без пальто, насквозь мокрые, они наслаждались дождем, запрокинув головы и раскинув руки.

Если я выполню задание, то смогу наконец отдохнуть.

От этой мысли Дикштейн испытал острый прилив эйфории. Он взглянул на Борга и улыбнулся.

Наконец они добрались до музея.

— Я подумываю о том, чтобы снять тебя с задания, — сказал Борг, стоя перед воссозданным скелетом динозавра.

Дикштейн кивнул, подавляя тревогу. Так… Значит, Хасан доложил в Каир, а человек Борга в Каире передал информацию в Тель-Авив.

— Меня засекли, — сказал он.

— Это я и без тебя давно знаю, — ответил Борг. — Если бы ты держался на связи, то был бы в курсе раньше.

— Если бы я держался на связи, меня бы вычисляли гораздо чаще.

Борг хмыкнул и двинулся