Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

подписан, Ласки получал возможность использовать купленные акции, либо сразу избавившись от них, либо получив под их залог крупную ссуду. Именно оперируя вздувшейся за счет нефтяной лицензии стоимостью акций, он собирался собрать достаточную сумму для оплаты первоначальной сделки.

Однако он попал в яму, которую сам же и выкопал. Он поторопил Хэмилтона заключить быстрое соглашение, а тот сумел по-своему ответить на подобную спешку, отреагировав молниеносно. Ласки не знал, как будет выкручиваться, потому что миллиона фунтов у него не было — если на то пошло, ему едва хватало на внесение стотысячного депозита. Он мучительно пытался сообразить, что ему делать, но зато твердо знал, чего он делать не будет: ему никак нельзя позволить этой сделке сорваться.

— Меня все вполне устраивает, — повторил он.

— Тогда, быть может, Дерек, настало время для нас с тобой провести краткое совещание с глазу на глаз, — сказал Фетт.

— Не вижу в этом необходимости, — отрезал Хэмилтон. — Если только ты не собираешься сообщить мне, что в соглашении слишком много пунктов, которые для меня невыгодны или вызывают сомнения.

— Вовсе нет.

— В таком случае… — Хэмилтон повернулся к Ласки. — Я принимаю ваше предложение.

Ласки поднялся и пожал Хэмилтону руку. Тучного аристократа слегка удивил подобный жест, но для Ласки он представлялся крайне важным. Люди из породы Хэмилтона могли всегда найти в контракте уловки и недостатки, позволявшие оспорить его правомочность, но символическое рукопожатие было для них аналогом нерушимо данного слова.

— Мои средства размещены в «Ямайском хлопковом банке». То есть в его лондонском отделении, разумеется. Надеюсь, это не составляет ни для кого проблемы?

Он вынул из кармана чековую книжку.

Фетт насупился. Это был очень маленький банк, хотя вполне респектабельный. Он все же предпочел бы чек более солидного клирингового банка, но едва ли мог на этой стадии начать выдвигать возражения, чтобы не произвести впечатления человека, пытающегося чинить препятствия для сделки. Ласки заранее предвидел его реакцию.

Он выписал чек и передал его Хэмилтону.

— Нечасто нам всем доводится класть в карман миллион фунтов сразу, — заметил он.

Хэмилтона, как казалось, завершение церемонии привело в благостное расположение духа.

— А еще реже доводится тратить такие деньги, — с улыбкой сказал лорд.

Ласки решил, что сейчас лучше ненадолго отвлечь внимание от заключенного договора.

— Когда мне было всего десять лет, — пустился в воспоминания он, — у нас умер петух. И мы с отцом отправились на рынок, чтобы купить нового. Он стоил по ценам того времени… Э-э-э… Кажется, три фунта. Но моей семье пришлось целый год экономить, чтобы накопить такую сумму. Покупка того петуха запала мне в душу гораздо сильнее, чем любая финансовая операция, которую я совершил с тех пор, включая и наш с вами договор. — Он улыбнулся, догадываясь, что собеседникам неловко выслушивать его откровения, хотя его прошлая бедность мало их трогала. — Даже миллион фунтов может показаться ерундой в сравнении с петухом, от которого зависело выживание целой семьи, спасение ее от голода.

— Вполне справедливое замечание, — некстати промямлил Хэмилтон.

Ласки вернулся к своей обычной манере разговаривать.

— Что ж, позвольте мне сделать звонок в банк и предупредить, что чек скоро будет предъявлен к оплате.

— Разумеется. — Фетт подвел его к одной из дверей и сказал: — В этой комнате никого нет. Я попрошу Валери соединить вас с городом.

— Спасибо. А когда я вернусь, мы сможем подписать протоколы. — Ласки зашел в небольшое помещение и снял трубку телефона.

Услышав длинный гудок, выглянул наружу и убедился, что секретарша не может его подслушивать. Она стояла у шкафа с документами, погруженная в свою работу. Ласки торопливо набрал номер.

— «Ямайский хлопковый банк».

— Говорит Ласки. Дайте мне Джонса.

Наступила пауза.

— Доброе утро, мистер Ласки.

— Джонс? Я только что выписал чек на миллион фунтов.

Поначалу ответа не последовало. Потом Джонс воскликнул:

— Боже милостивый, но у вас же нет миллиона!

— И тем не менее вы подтвердите, что чек принят к оплате.

— Да, но как насчет Тредниддл-стрит? — Банкир поневоле повысил голос. — У нас нет даже на депозите таких средств!

— Давайте решать проблемы по мере их поступления.

— Но, мистер Ласки. Наше финансовое учреждение не может авторизовать перевод миллиона фунтов с одного счета в Банке Англии на другой счет в Банке Англии просто потому, что у нас нет в Банке Англии необходимой для этого суммы. Мне кажется, я изложил вам ситуацию с полнейшей ясностью.

— Скажите мне, Джонс, в таком случае, кто является владельцем «Ямайского хлопкового банка»?

Джонс громко вздохнул:

— Вы, сэр.

— Вот именно, — и Ласки повесил трубку.

Полдень

Глава 20

Питер Джесс Джеймс обильно потел. Полуденное солнце было не по времени года ярким, а широкое лобовое стекло фургона только усиливало жару. Солнечные лучи буквально обжигали оголенные мясистые предплечья Джесса, нещадно раскаляли ноги под темными брюками. Невыносимая парилка!

Но страдал он не только от жары. Его преследовал нешуточный страх.

Джэко велел вести машину медленно и осторожно, но совет оказался совершенно излишним. Стоило ему отъехать милю от склада металлолома, как он попал в транспортный затор, когда автомобили ползли бампер в бампер почти через половину южной части Лондона. Он не смог бы разогнаться, даже если бы очень захотел.

Он открыл обе боковые раздвижные двери фургона, но это не принесло облегчения. Если машина почти не двигалась, то не возникало ни малейшего встречного ветерка, а когда он все-таки трогался с места, то получал в лицо не легкий бриз, а теплый поток чужих выхлопных газов.

Джесс всегда считал, что от вождения автомобиля надо получать удовольствие, превращать его каждый раз в приключение. Он влюбился в машины