Заметки про Катюлика - Кира Александровна Щукина

корицей. Кажется, я обещала кому-то из детей их испечь – год назад, два года назад? Лучше лимонника не было ничего. Я тоже умею его делать. Где-то в моих записных книжках лежит рецепт. Три стакана муки, дрожжи, маргарин. Но кто будет тереть лимоны? Раньше их тер Дедулик. Матерился, стирал пальцы – но тер. Соленые грибы, маринованные грибы. Я тоже этой осенью засолила и замариновала – но это совсем не то.

Я разбираю вещи в комнате Катюлика, которая должна была быть моей спальней и, надеюсь, все же ею станет. Но вначале надо все вынести, разобрать, перетрясти. Забитые ящики. Фотографии. Дедулик, Катюлик, папа Катюлика в молодости, Дедулик в молодости, ещё раз Катюлик, фотографии бабушки Лиды, вдруг попавшие в общую кучу, в ящиках – трусы, колготки, шерстяные носки, футболки, кофточки, кофточки с ришелье – откуда, господи ты боже мой, такого тыщу лет никто не носил, кофточки с рюшами, ночные рубашки, шерстяные носки, телефоны, записки, нурофен от головы, Лара, Боря, адреса, фотографии. Разбирать не так много – давным давно я вывезла все из Пушкина, все распихано по углам и закоулкам, коробкам, пакетам, старый советский сервиз на шесть персон с позолотой по краям – кому он нужен, этот сервиз? Отвези на дачу, говорит мама, которая звонит и спрашивает: разбираешь? Тяжело?.. и через пять минут: ну почему ты орёшь? Почему ты всегда орёшь?