Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Джеки Джейкс поджарила цыпленка, приготовила сладкий картофель, отварила зеленые листья капусты и испекла кукурузные лепешки.

— К чертям диету, — сказала Мария Саммерс и начала жадно есть.

Ей нравилась такая пища. Джордж ел умеренно: немного цыпленка с зеленью и ничего мучного. У него всегда был изысканный вкус.

Было воскресенье. Мария приходила в дом Джейксов, словно она была членом семьи. Это началось четыре года назад, после того как Мария помогла Джорджу устроиться на работу в «Фосетт Рению». Тогда на День благодарения он пригласил Марию в дом матери на традиционный обед с индейкой, чтобы подбодрить их всех после крушения их надежд в результате победы Никсона на выборах. Мария скучала по своей семье, жившей в Чикаго, и была признательна Джорджу. Она любила присущее Джеки сочетание доброты и решительности, и Джеки, как казалось, тоже полюбила ее. С тех пор Мария приходила к ним каждые два месяца.

После ужина они сидели в гостиной. Когда Джордж вышел из комнаты, Джеки сказала:

— Тебя что-то гложет, детка. Что у тебя на душе?

Мария вздохнула. Джеки была наблюдательна.

— Мне нужно принять трудное решение, — призналась Мария.

— Любовное или по работе?

— По работе. Вы знаете, сначала казалось, что президент Никсон не будет так уж плох, как мы все боялись. Он сделал для чернокожих больше, чем кто-либо ожидал. — Она начала загибать пальцы. — Во-первых, он заставил строительные профсоюзы принимать на работу в их отрасли больше чернокожих. Профсоюзы упорно боролись с ним, но он настоял на своем. Во-вторых, он помог бизнесу чернокожего меньшинства. За три года их доля в правительственных контрактах возросла с восьми миллионов долларов до двухсот сорока двух миллионов. В-третьих, он ликвидировал сегрегацию в школах. Законы об этом существовали, но Никсон претворил их в жизнь. К тому времени, когда истечет первый президентский срок Никсона, количество школ, в которых учатся только дети чернокожих родителей, на Юге будет составлять менее 10 процентов, притом что раньше их было 68 процентов.

— Хорошо, ты меня убедила. Так в чем же проблема?

— Администрация также делает совершенно неправильные, вещи — я имею в виду криминальные. Президент поступает так, словно закон на него не распространяется.

— Поверь, дорогая, все преступники так думают.

— Но мы, должностные лица, должны быть осмотрительными. Молчание — составная часть нашего служебного кодекса. Мы не нападаем на политиков, даже когда мы не согласны с тем, что они делают.

— Хм. Конфликт двух моральных принципов. Твой долг перед боссом не вяжется с твоим долгом перед страной.

— Я могла бы просто уйти с работы. Вероятно, я могла бы зарабатывать больше вне правительственного учреждения. Но Никсон и его люди будут продолжать свое дело, как мафиози. И я не хочу работать в частном секторе. Я хочу сделать Америку лучшим обществом, особенно для чернокожих. Я посвятила свою жизнь этому. Почему я должна бросать это только потому, что Никсон — плут.

— Многие правительственные чиновники общаются с прессой. Я все время читаю, из каких «источников» журналисты получают информацию.

— Мы потрясены, что Никсона и Агню привели в Белый дом обещания закона и порядка. Вопиющее лицемерие всего этого озлобляет нас.

— Значит, ты должна решить, стоит ли устроить утечку информации для прессы.

— В общем, я думаю об этом.

— Если так, то, пожалуйста, будь осторожна, — с тревогой в голосе сказала Джеки.

Мария и Джордж пошли с Джеки на вечернюю службу в Вефильской евангелической церкви, а потом Джордж отвез Марию домой. У него все еще был темно-синий «мерседес» с откидным верхом, который он купил, когда впервые приехал в Вашингтон.

— Почти все детали этой машины пришлось заменять, — сказал он. — Стоило мне уйму денег.

— Тогда хорошо, что ты зарабатываешь уйму денег в «Фосетт Реншо».

— Да уж.

— Джордж, у меня к тебе есть серьезный разговор, — неожиданно сказала она.

— Я слушаю.

Она немного помолчала. Сейчас или никогда.

— В прошлом месяце антитрестовские расследования, проводившиеся министерством юстиции в отношении трех отдельных корпораций, были прекращены по прямому указанию Белого дома.

— По какой причине?

— Не сообщалось. Но все эти корпорации были основными поставщиками финансовых средств на предвыборную кампанию Никсона в 1968 году, и, как ожидается, они будут финансировать кампанию по переизбранию его на второй строк в нынешнем году.

— Но это грубо искажает ход правосудия. Это преступление.

— Правильно. Я знала, что Никсон лгун, но я не подозревала, что он отъявленный плут. В это трудно поверить, я знаю.

— Почему ты говоришь мне об этом?

— Я хочу сообщить об этом в прессу.

— Мария, это опасно.

— Я готова рискнуть. Но я буду очень-очень осторожна.

— Правильно.

— Ты знаешь каких-нибудь журналистов?

— Конечно. Ну, начнем с Ли Монтгомери.

Мария улыбнулась

— Я ходила к нему на свидание несколько раз.

— Я догадывался. Ты знакомила меня с ним.

— Значит, он тоже знает об отношениях между тобой и мной. Если ты подбросишь ему кое-какую информацию, он непременно будет строить предположения об источнике, и я буду первой, о ком он подумает.

— Ты права, идея не из лучших. А как насчет Джаспера Мюррея?

— Заведующего вашингтонским бюро программы