Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Анна указала на Мериз Рест. — Там. В хижине Глории Бауэн. Это не слишком далеко.
— Отведите нас туда, — потребовал Пол. — Пожалуйста.
Анна засомневалась, стараясь прочитать в их глазах, что у них на уме, как она это делала с простаками, подлизывавшимися к ней на карнавалах. Оба они были сильными и крепкими, решила она, и, следовательно, не сделают дурного. Тощий парень с длинными волосами, в которых было полно перышек и косточек, выглядел настоящим разбойником, да и другие ребята были тоже хороши; все они, вероятно, умели очень здорово пользоваться винтовками, которые носили с собой. Она уже заметила, что у мужчины за пояс брюк был засунут пистолет, а женщина, скорее всего, тоже имела оружие. Но у них в глазах была какая-то потребность, как отблеск огня, горевшего глубоко внутри. Джош сказал ей остерегаться посторонних, которые хотели бы видеть Свон, но она знала, что не сможет отказать им в этой потребности.
— Тогда пойдем, — сказала она, и повела к хижинам.
Позади них скрипач отогревал руки у костра, а потом снова заиграл, черный мужчина весело заводил по своей стиральной доске и жители стали танцевать.
Они шли вслед за Анной Мак-Клей по переулкам Мериз Рест. И, когда Сестра поворачивала за угол, из другого переулка что-то выстрелило ей навстречу. Ей пришлось резко остановиться, чтобы не споткнуться и не упасть, и вдруг у нее появилось ощущение цепенящего холода, который, казалось, сдавил дыхание у нее в легких. Она инстинктивно выдернула дробовик из кобуры под пальто и ткнула его в злобное лицо человека, сидящего в детской красной коляске.
Он всматривался в нее глубоко посаженными глазами, и поднял руку к кожаному футляру, висевшему у Сестры под мышкой.
— Добро пожаловать, — сказал он.
Сестра услышала серию щелчков, и непроницаемые глаза мужчины переместились и стали смотреть позади нее. Она оглянулась, и увидела в руке Пола «Магнум». Робин прицеливался из винтовки, и другие ребята тоже. Все они целились в мужчину в красной коляске.
Сестра всматривалась в его глаза; он поднял голову к плечу, показав в широкой ухмылке рот, полный сломанных зубов. Он медленно отнял руку и положил ее на культи ног.
— Это мистер Добро Пожаловать, — сказала Анна. — Он сумасшедший. Просто оттолкните его в сторону.
Взгляд мужчины бегал от лица Сестры к чехлу и обратно. Он кивнул.
— Добро пожаловать, — прошептал он.
Ее палец замер на спусковом крючке. Нити холода, казалось, кружились вокруг нее, теснили ее, проникали под одежду. Дуло дробовика было примерно в восьми дюймах от головы мужчины, и Сестру охватило горячее желание снести это отвратительное ухмыляющееся лицо. Но что окажется под ним? Кости и ткани — или ДРУГОЕ лицо?
Потому что она подумала, что она узнала хитрый блеск в этих глазах, как у зверя, выжидающего момент для нападения. Она подумала, что увидела в них что-то от того чудовища, который называл себя Дойл Хэлланд.
Палец ее подергивался, готовый стрелять. Готовый сдернуть маску с лица.
— Пойдем, — сказала Анна. — Он вас не укусит. Парень слоняется здесь уже два дня, он сумасшедший, но не опасен.
Человек в красной коляске вдруг набрал полную грудь воздуха и с тихим шипением выпустил его сквозь сжатые зубы. Он поднял кулак и на несколько секунд задержал его перед лицом Сестры; затем высунул один палец, изобразив пулю воображаемого оружия, нацеленного ему в голову.
— Ружье стреляет, — сказал он.
Анна засмеялась.
— Смотри! Он помешанный!
Сестра заколебалась. Пристрелить его, подумала она. Нажать на спуск не так уж трудно. Ты знаешь, кто это. Пристрелить!
Но…
Что если я ошибаюсь? Ее рука с дробовиком дрогнула. А потом шанс был упущен.
Человек хихикнул, забормотал что-то, похожее на песенку и, отталкиваясь руками, двинулся мимо нее. Он въехал в переулок слева, и Сестра стояла и следила за тем, как движется сумасшедший инвалид. Он не оглянулся.
— Становится холоднее, — Анна дрожала, подтягивая ворот. Она пошла вперёд. — Хижина Глории Бауэн — сюда.
Человек в красной коляске завернул в другой переулок и скрылся из вида. Она выдохнула, наконец перестав сдерживать дыхание, и белый пар проплыл у лица.
Затем она убрала дробовик в кожаный футляр и снова пошла следом за женщиной, чувствуя себя так, словно ее нервы обнажены.
На главной улице Мериз Рест горел еще один костер, отбрасывая свет и тепло на двенадцать-пятнадцать человек, стоящих вокруг него.
К столбу у переднего крыльца одной из хижин была привязана самая безобразная старая лошадь с провисшей спиной, которую когда-либо видела Сестра; лошадь покрыли кучей одеял, чтобы она не замерзла, а голова у нее покачивалась, как будто она сейчас уснет. Около нее чернокожий мальчик старался удержать в равновесии на кончиках пальцев изогнутую палку.
Двое мужчин, вооруженных винтовками, сидели на ступеньках из шлака, разговаривая и прихлебывая кофе из глиняных кружек. Внимание их переключилось с тихой беседы на Анну.
— Эти люди говорят, что они хотят увидеть девушку, — сказала Анна одному из них, мужчине в клетчатом пальто и рыжеватой шапке. — Я думаю, что с ними все нормально.
Он увидел их оружие и положил свою винтовку себе на колени. — Джош сказал, что нельзя пропускать никого чужого.
Сестра вышла вперёд.
— Меня зовут Сестра. Это Пол Торсон, Робин Оукс, и я могу поручиться за других ребят. Теперь, если вы скажете, как вас зовут, мы больше не будем чужими, ведь так?
— Джин Скалли, — ответил он. — Ваши люди откуда-то отсюда?
— Нет, — сказал Пол. — Послушайте, мы не причиним Свон вреда. Мы
