Рассказы - Тамара Гончарова

Как-то она разговорилась с девочкой, которая знала, что Мария Сергеевна работает в школе учителем литературы. Лаура оказалась начитанной не по годам, причём, знала не только книги по школьной программе. И когда Мария Сергеевна поинтересовалась, знаком ли Лауре поэт Коста Хетагуров и его книга «Осетинская лира» («Ирон фандыр»), то девочка с радостью закивала головой. «Ой, Вы тоже её читали? У нас дома есть эта книга! У нас и другие осетинские книги есть, целая библиотека. Хотите, расскажу?» И она начала взахлёб пересказывать события, о которых говорилось в книгах.

Мария Сергеевна с удивлением слушала, и ей было немного обидно за своих учеников-старшеклассников: «Вот бы и все они так же знали и любили наших русских классиков! Вот бы и их не приходилось всяческими методами и ухищрениями заинтересовывать, а то и буквально заставлять читать хотя бы по программе Тургенева, Толстого и Достоевского! Младшие-то дети пока ещё всё-таки читают и для уроков, и что-то для себя, а вот старшие…». Она спросила девочку: «А кто собирал вашу домашнюю библиотеку?» Оказывается, и покупал книги, и читал сам, и хотел, чтобы их читали его дети, глава семейства, работавший плотником. А Лаура ещё больше удивила свою взрослую собеседницу: «Я, когда окончу школу, буду поступать учиться в пединститут, на учителя русского языка!»

Марии Сергеевне сейчас уже было известно: эта девочка, прекрасно знавшая в седьмом классе свою родную осетинскую литературу, выросла и знает так же хорошо русский язык и литературу. Лаура окончила пединститут с отличием, уехала на родину, в Осетию, и работает в школе, учит осетинскому и русскому языку местных ребятишек. И Марии Сергеевне с болью подумалось: «Вот потому и сохранился в веках такой маленький народ — аланы (осетины), что они — и плотники, и их дети, и учителя — знают и любят родной язык, почитают своего Святого Георгия, своих поэтов и писателей; уважают стариков и заботятся о них. Они помнят и соблюдают национальные обычаи и не представляют себе, что можно всё это забыть и жить по-другому! А что же ожидает нашу Русь, столько пережившую: монголо-татарское иго».