Химия и Белка - Сергей Тарасов

попасть в форточку одной квартиры. Мы с широко открытыми ртами наблюдали за ее метаниями и неожиданными разворотами в воздухе. В форточку она раздумывала попадать, а вместо этого полетела по какой-то неожиданной траектории прямо к нашей беседке. Но не долетела немного, а взмыла снова в небо. Тут газета закончилась, дым и пламень погасли и мы закрыли свои рты. Остатки ракеты, несколько тлеющих клочков газеты упали на дорогу, и мы сразу замели их остатки под ближайший куст сирени..

Больше мы ракеты не запускал рядом с многоквартирными домами — это было опасно, как для открытых балконов и открытых форточек. И мы запускали их подальше от зрителей на поле, или на небольшом болоте, рядом с домами — тогда новой сортировки небыл вообще, а было большое заболоченное поле с многочисленными лужами. Этого увлечения нам хватило на месяц, а потом мы перешли на охоту — Белка сконструировал наган, который стрелял малокалиберными пулями и мы всячески старались подстрелить утку, или утят, которые плавали на этих лужах на болоте. Наган часто давал осечки, и утятам просто везло — так и мы и никого из них не подстрелили.

После ракет и наган Белка выучился шить на швейной машинке, и сшил сначала себе, а потом и мне клёши, а потом наступила эпоха радиопередатчиков. Потом мы пили брагу, которую ставил Белкин отец, занимались дрессировкой Белкиного пса, потом наступила эра туризма и камней, и скучать нам с Белкой не было времени. Мы с ним были заняты постоянно то одним, то другим делом, и поэтиому на уроки у нас не хватало времени. В одной четверти у нас было по алгебре по нескольких десятков двоек — только в классном журнале, и я точно помню, что у меня было двадцать одна двойка.

Однажды, когда мы уже закончили школу, Белка закончил милицейскую школу, а я уже учился в институте, ко мне пришла повестка из милиции. Я с ней в руках пришел по адресу, там указанному, походил по коридору и попал прямо в лапы Белки — он работал в милиции и таким образом решил встретиться со мной. Мы тут же зашли в магазин, купили две бутылки вина и сели отмечать свою встречу. Когда одна уже бутылка кончилась, через нас промчалась погоня — менты, или опера гнались за шпаной. Один из оперов сначала пробежал через нас, потом остановился и уставился на наш скромный стол с единственной оставшейся бутылкой.

В запале погони он нас с Белкой хотел тут же арестовать, но ему не удалось — он лишь посмотрел, как Белка все пытался вытащить свое удостоверение, но потом плюнул и снова пустился в погоню.

Мы допили эту бутылку, посидели еще немного, а потом разошлись — он домой, а я на трамвай.

Я и сейчас помню, какая была забористая брага у него дома — она казалась безобидной, вкусной на вкус, но она была готова свалить слона, не только нас, скромных школьников. Однажды в десятом, или в девятом классе я так ее напился, что не успел добраться домой — выключился перед самым своим переулком. И тогда отец взял телегу и погрузил меня в нее и в таком виде я приехал домой. Было смешно и грустно.