Безграничный Джонни - Aleks Hom

– Ну привет, Джонни. Давно не виделись.

Ну а дальше ты знаешь, как должно быть.

– Как только увидела твое идиотское лицо в первый раз подумала, что ты нисколько не изменился. Все такой же наивный дурачок, который будет надеяться на старшую сестренку, но вот сейчас вижу твое лицо и знаешь, мне даже нравится. Злое, исцарапанное… – она зачерпывает пальцами кровь с моих губ и засовывает в приоткрытые в холодной улыбке губы. – примерно, как я и представляла Саяджина, о котором ходило столько слухов.

О-о-о-о-оо-о-о-ох… держите меня семеро! Джонни, какого хуя твоя баба вообще вытворяет?!

***

Она права, я весьма зол и напряжен, но вести себя так, – значит делать то, что она хочет.

Нет уж, сначала поговорим, ебал я рот с бабские психи терпеть.

Перехватываю её руку и замечаю острую усмешку на девичьих губах.

Меня во многом волнует, что Руби взялась из ниоткуда и чуть ли не убила Гвен и Пита, а это уже ни в какие ворота.

Мне важно чтобы Веном не тупил и вовремя принялся лечить Питера и Стейси, иначе они оба отвалятся. Сейчас же я полностью сосредоточен на Руби и даже не понимаю, почему она так взбесилась.

– Ты перешла грани, Руби, – теряю всякую шутливость я.

– И это говоришь мне ты, спустя столько лет?

Я не нахожу никаких слов на её замечание, и Руби высокомерно хмыкает, замахиваясь ногой.

Конечно, черт подери, я виноват, но не настолько же!

Вскакиваю на ноги и тут же перехватываю ногу Руби. Мы зависаем в положении, когда я держу её руку и ногу, а она с любопытством изучает меня.

– А ты тоже подрос, – раскрывает свободную ладонь в меня и тут же выпускает бласт в мое лицо.

Я отскакиваю назад и защищаюсь от взрыва двумя руками. Ударная волна бьет по стенам, и разбивает в щепки окружение. Внезапно пространство надо мной темнеет, и возникает зловещее гудение, от которой стынут жилы. С потолка обрушивается верхний этаж дома, падая тяжелыми балками вниз, шоркая по бетону угловатыми конструкциями, которые когда-то поддерживали здания.

Потолок трещит от давления, и будто в замедленной съемке, с сипением разлетаются в стороны. Над головой свистят куски старой штукатурки и кирпича, ненадолго останавливаясь в воздухе, прежде чем медленно для моего восприятия падать у моих глаз. Они похожи на острые камушки, и стремящие в мою сторону, и часть из них оцарапывает мне кожу.

Спустя несколько мгновений, когда основной удар взрыва стихает, раздается громкий трески и грохот, от которого все здание начинает сваливаться на меня.

В замедленном восприятии я прикладываю палец ко лбу для мгновенно перемещения из этой ловушки, и замечаю справа от себя размытое мерцание, за которым следует мощный удар, выбивающий меня из колеи.

Мое тело вылетает на встречу падающему булыжнику, и разбивает его подобно песчаному сооружению, ведомое мощной инерцией чужого удара, которую тяжело подавить.