Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон

— Через пару минут я сам приглашу его.

— Хорошо, сэр. Э-э-э… Вы уже подписали заявку на новые светофоры?

— Я хочу еще разок просмотреть бумагу, Инес. Завтра с утра первым же делом займусь этим.

— Хорошо, сэр. Тогда я пойду, пожалуй.

Выйдя из кабинета мэра, миссис Эксфорд затворила за собой дверь и, повернувшись ко мне, сказала:

— Мэр сам позовет тебя через пару минут.

Я принялся ждать, а миссис Эксфорд тем временем заперла свой стол, поправила фотографию. Потом она в последний раз окинула взглядом приемную, убедилась, что все на месте, и, зажав под мышкой коричневую сумочку, вышла из кабинета в коридор, не сказав мне ни слова на прощание.

Я ждал. За окном грохотала гроза, эхо раскатывалось по коридорам. Я услышал, как хлынул ливень: поначалу падали редкие капли, но потом словно кто-то принялся колотить в стены тысячами маленьких молоточков.

Дверь кабинета отворилась, и передо мной предстал сам мэр Своуп. Рукава его голубой рубашки, пересеченной крест-накрест подтяжками в красную полоску, были закатаны. На нагрудном кармане белыми нитками были вышиты его инициалы.

— Кори! — обратился он ко мне с широкой улыбкой. — Входи, нам нужно поговорить.

Я понятия не имел, о чем пойдет разговор. Я, конечно, знал, кто такой мэр Своуп, но ни разу в жизни не перемолвился с ним и словечком. Но вот он сам стоит передо мной и приглашает войти к нему в кабинет. Парни не поверят мне, так же как они не поверили в то, что я заткнул метлой глотку Старому Мозесу.

— Входи, не робей! — снова позвал меня мэр Своуп.

Я послушно вошел. Внутри кабинета все было выдержано в темных тонах, блестело полированное дерево. Пахло сладким трубочным табаком. Чуть ли не половину кабинета занимал огромный письменный стол, размерами не уступавший взлетной палубе авианосца. На полках было множество толстых, переплетенных в кожу книг. Казалось, к книгам никто никогда не притрагивался: ни в одной из них не было закладок. На большом персидском ковре стояла пара кресел из черной кожи. Окна выходили на Мерчантс-стрит, но разглядеть что-либо за стеклами было невозможно, поскольку по ним стекали потоки воды.

Мэр Своуп закрыл за мной дверь. Его седые волосы были гладко зачесаны со лба назад, а голубые глаза дружелюбно смотрели на меня.

— Присаживайся, Кори, — сказал он мне.

Я мялся в нерешительности.

— Выбирай любое, — улыбнулся мэр, указывая на кресла.

Я выбрал левое. Кожа кресла мягко приняла меня в свои объятия. Мэр Своуп уселся в свое кресло с изогнутыми подлокотниками за письменным столом. На столе имелись телефон, кожаный стаканчик с писчими перьями, коробка табака «Филд энд стрим» и стойка с набором из четырех курительных трубок. Одна из трубок была белая, с вырезанным на ней мужским бородатым лицом.

— Какой дождь на улице, настоящий ливень, — заметил мэр, переплетая пальцы на столе перед собой.

Он снова улыбнулся мне, и я ясно увидел, до чего белые у него зубы.

— Да, сэр.

— Ну что ж, фермеры рады дождю. Остается надеяться, что ливень не грозит нам новым наводнением.

— Да, сэр.

Мэр Своуп откашлялся. Потом побарабанил пальцами по столу.

— Твои родители ждут тебя на улице? — внезапно спросил он.

— Нет, сэр. Я приехал один, на велосипеде.

— Вот как? Как же ты поедешь обратно, ты же весь промокнешь?

— Нестрашно.

— Это не дело, — сказал мэр. — В такой ливень машинам заливает лобовое стекло, водитель может не заметить тебя и сбить, ты можешь упасть в канаву…

Улыбка мэра исчезла, потом снова вернулась на место.

— Нет, это не дело.

— Ничего, сэр, не волнуйтесь, я доберусь.

— Наверное, ломаешь голову, зачем я пригласил тебя?

Я утвердительно кивнул.

— Вероятно, ты знаешь, что я вхожу в жюри литературного конкурса? Мне очень понравился твой рассказ. Да, ты заслуживаешь награды, Кори.

Мэр выбрал курительную трубку из корня верескового дерева и открыл свою табакерку.

— Ты будешь самым молодым из всех, кто когда-либо получал приз в нашем конкурсе.

Я во все глаза смотрел, как мистер Своуп набивает трубку мелко резанным табаком.

— Я лично просмотрел все записи за прошлые годы. Ты самый молодой из всех участников, занявших призовое место. Твои родители могут гордиться тобой.

— Вероятно, да.

— Ну, не стоит скромничать, Кори! Я в твоем возрасте и мечтать не мог о том, чтобы так писать. Нет уж, сэр! Я хорошо успевал по математике, но английский никогда не был моим коньком!

Мэр Своуп достал из кармана коробок спичек, чиркнул одной из них и поднес ее к своей трубке. Из углов его рта заструился голубой дымок. Глаза мэра были устремлены на мое лицо.

— У тебя очень живое воображение, — сказал мэр. — Эта часть твоего рассказа, где ты пишешь, как увидел кого-то, стоявшего в лесу на другой стороне дороги… Мне эта часть особенно понравилась. Как тебе это пришло в голову?

— Это… — «на самом деле случилось», уже готов был выпалить я, но умолк на полуслове, потому что послышался стук.

Дверь приоткрылась, и в кабинет мэра заглянула миссис Эксфорд.

— Мэр Своуп! — сказала она. — На улице льет