Оборотень - Анатолий Гончар

— На, — сказал он, протягивая её Фёдору. — Мне как- то с колом сподручней.

Кое-как подтянув гроб к краю трясины, они выволокли его на относительно сухое место и, дрожа от волнения, осмотрели крышку. Гвоздей не было, она крепилась к нижней части гроба узорчатыми петлями наподобие дверных. Федор и Алексей переглянулись. Обыкновенному покойнику дверь в гробу была не нужна… Ещё раз перекрестившись, мужики тяжело вздохнули и встали возле гроба: Федор- с приложенной к плечу фузеей возле ног, Алексей — с крепко сжатым в руках шестом ближе к изголовью справа.

— Давай! — скомандовал Федор. Алексей поддел острым концом шеста край крышки и, напрягшись, поднял её вверх. Петли взвизгнули, и тяжелая крышка, громко хлопнув, отвалила в сторону. Сычкарь отпрыгнул в сторону и, ещё не приземлившись, посмотрел через плечо назад в глубину гроба. В гробу никого не было.

Мельник Трофим поднялся на вершину холма и косо усмехнувшись, оглянулся назад. В предрассветном мареве отчетливо виднелись раскинувшиеся внизу домики покинутой деревни. Он довольно хмыкнул и торопливо зашагал дальше, стремясь как можно быстрее уйти из этих краёв. Он спешил, опасаясь быть узнанным. Хотя вряд ли кто сумел бы узнать в широко шагающем статном мужчине сгорбленного годами старого мельника. Окладистая борода сбрита; волосы, всегда изрядно присыпанные мукой, тщательно вымыты и приглажены; бумаги, выправленные на другое имя, лежат в заплечном мешке. Он уходил, чтобы выждать и вновь вернуться, когда придёт время. Вернуться к своему истоку, чтобы набраться новых жизненных сил.