Стартап инженера Гарина - Андрей Мост

– Азия – подсказал Бухминцев. Пекин, например.

– Пекин… а в Пекине ни одного музея мирового уровня нет.

– Как это? – удивился Бухминцев. Такой древний Китай… куда же у них все делось? При Мао Цзэдуне что-ли все вазы переколотили?

– Да нет… там ещё до этого, когда Гоминдановцы на Тайвань бежали, они все художественные коллекции и музеи туда вывезли. В общем Народный Китай ни с чем остался… В общем нет у нашей Москвы конкурентов… Нью-Йорк и Париж не хуже конечно, а все остальные неровня.

– Да…, наверное, согласился Виктор.

– Ну что, поехали на площадь? – предложил Андрей.

– Давай – согласился Бухминцев, и друзья пошли обратно к метро.

Доехав до «Охотного ряда» друзья поднялись на поверхность и пошли на Красную площадь. Это было любимое московское место Гарина, причем он любил его посещать в темное время суток, когда, как ему казалось, на площади было меньше туристов.

Величественный Кремль, как символ истории, Мавзолей, как символ гигантского эксперимента, весёлая церковь и причудливые дома за рекой, Куранты и почти что сказочный теремок исторического музея и даже дымящиеся в Замоскворечье трубы – все это сливалось в единую и цельную картину рождавшую в душе Гарина благоговейный трепет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Примечания

1

Фирдуоси «Шахнаме».