Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Карла, мой младший брат умер!

— Что? — Карла не могла поверить тому, что слышала. — Фрида, какое несчастье! Где это случилось.

— В больнице, — сказала Фрида, всхлипывая.

Карла вспомнила, как Вернер рассказывал ей, что Акселя отправили в ту же самую больницу в Акельберге, что и Курта.

— Как он умер?

— От аппендицита.

— Какой ужас… — Карле было жаль подругу, но кроме того, у нее возникли подозрения. Когда профессор Вилрих месяц назад говорил с ними о новом методе лечения для Курта, у нее появилось нехорошее ощущение. Может быть, метод был менее проверенный, чем он был готов признать? Мог он быть действительно опасным?

— А еще что-нибудь известно? — спросила она.

— Мы получили совсем короткое письмо. Папа в ярости. Он звонил в больницу, но не смог связаться ни с кем из начальства.

— Я сейчас к вам приеду. Буду через несколько минут.

— Спасибо.

Карла повесила трубку и бросилась на кухню.

— Аксель Франк умер в акельбергской больнице! — сказала она.

Ее отец Вальтер просматривал утреннюю почту.

— О! — произнес он. — Бедная Моника.

Карла вспомнила, что, по семейным преданиям, Моника, мама Акселя, была когда-то влюблена в ее отца. На его лице сейчас отразилась такая тревога, что Карла подумала, не был ли отец тоже увлечен ею, несмотря на любовь к Мод. Любовь — это так сложно…

Мама Карлы, теперь лучшая подруга Моники, сказала:

— Она, должно быть, совершенно безутешна.

Вальтер снова опустил взгляд на почту и вдруг удивленно сказал:

— Письмо для Ады.

В комнате стало тихо.

Карла смотрела на белый конверт, который Ада взяла у Вальтера.

Ада нечасто получала письма.

Эрик был дома, шел последний день его короткого отпуска, и все вчетвером они смотрели, как Ада вскрывает конверт.

Карла затаила дыхание.

Ада вынула письмо, отпечатанное на бумаге со штемпелем. Она быстро прочитала его, ахнула — и зарыдала.

— Нет! — воскликнула Карла. — Не может быть!

Мод бросилась к Аде и обняла ее.

Вальтер взял у нее из рук письмо и прочитал.

— О боже, какое ужасное горе, — сказал он. — Бедный маленький Курт.

Он положил листок на обеденный стол.

— Мой мальчик, мой бедный малыш, и умер вот так, без мамы… Я этого не вынесу!

Карла с трудом сдерживала слезы. Она была в смятении.

— И Аксель, и Курт? — сказала она. — Одновременно?

Она взяла письмо. Письмо было напечатано на машинке, и там было указано название больницы и адрес в Акельберге.

Она прочла:

«Уважаемая миссис Хемпель!

Я вынужден с прискорбием сообщить Вам, что Ваш сын, Курт Вальтер Хемпель, восьми лет от роду, скончался. Смерть наступила 4 апреля в нашей больнице в результате разрыва аппендикса. Было сделано все возможное, но спасти его не удалось. Пожалуйста, примите мои глубочайшие соболезнования».

И подпись главного врача.

Карла подняла голову. Мама сидела рядом с Адой, одной рукой обнимая за плечи, второй держа за руку. Ада рыдала.

Карлу тоже потрясло это горе, но она не потеряла бдительности, как Ада.

— Тут что-то не так, — сказала она отцу дрожащим голосом.

— Почему ты так думаешь?

— Взгляни-ка еще раз, — она подала ему письмо. — Аппендицит.

— И что из этого?

— У Курта был удален аппендикс.

— Да, я вспоминаю, — сказал отец. — Была срочная операция, сразу же после его шестилетия.

К горю Карлы прибавилась ярость от подозрения: вдруг Курт погиб в результате опасного эксперимента, а больница пытается это скрыть?

— Зачем бы им лгать? — сказала она.

Эрик грохнул кулаком по столу.

— Почему ты говоришь, что это ложь? — крикнул он. — Только бы обвинить руководство! Да это же очевидная ошибка! Какая-нибудь секретарша просто неправильно написала!

Карла отнеслась к его словам с сомнением.

— Скорее всего, секретарша, работающая в больнице, знает, что такое аппендикс.

— Даже такая человеческая трагедия — для тебя лишь повод нападать на тех, кто у власти! — яростно сказал Эрик.

— А ну-ка, тихо оба! — сказал отец.

Они обернулись к нему. В его голосе появились незнакомые нотки.

— Может быть, Эрик и прав, — сказал он. — В таком случае в больнице с готовностью ответят на вопросы и расскажут во всех подробностях о том, как умерли Курт и Аксель.

— Конечно, расскажут, — сказал Эрик.

— А если права Карла, — продолжал Вальтер, — они постараются пресечь расспросы, будут скрывать информацию и запугивать родителей умерших детей, делая вид, что в их вопросах есть что-то незаконное.

У Эрика был уже не столь уверенный вид.

Еще полчаса назад Вальтер казался совершенно сникшим. Сейчас он словно вновь почувствовал себя в своей стихии.

— Мы это узнаем, как только начнем задавать вопросы, — сказал он.