Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон

что Гантт опустил фонарь и попятился в сторону груды валунов. Жестокий ветер насмешливо швырнул пригоршню снега ему в лицо.

— Та девушка… — выдохнул проводник. — Она умрет, если не доставить ее в Хелену.

Это утверждение вопросов не вызывало.

— Да, — отозвался Тревор, тут же подумав, что это ужасное слово.

— Тогда почему…

— Мы должны вернуться в вагон. Держитесь ближе ко мне. Нужно торопиться.

Лоусон подождал, пока Гантт двинется.

Пока они миновали локомотив, несколько маленьких объектов вылетело из темноты с удивительной скоростью и разбило стекло верхнего фонаря. Сила броска была достаточной, чтобы фонарь вспыхнул и выпустил на скотосбрасыватель поток синего пламени.

Фонарь замерцал… замерцал… и погас.

— Моя фара! — воскликнул Тэбберс, оглянувшись на вагон-локомотив. — Иисус-Спаситель! Что случилось со светом?

Лоусон проигнорировал этот вопрос. Были вещи похуже ночной темноты, которые только и ожидали впереди.

— У вас есть оружие?

— Что? — изумленно воскликнул Гантт.

— Оружие. Пистолеты, ружья, что угодно. У вас есть?

— Ну… у нас… две винтовки. А что?

— Заряженные?

— Нет, но…

— Зарядите их, — скомандовал Лоусон. — Немедленно.

Глава 7

— Ты не можешь мне приказывать, приятель! — парировал Тэбберс, нахмурившись. — Кем ты себя возомнил?

— Человеком, который этой ночью постарается сохранить жизнь вам и всем остальным. Когда зарядите свои винтовки, возвращайтесь в пассажирский вагон. Смотрите в оба и реагируйте быстро, — сочтя этот ответ достаточным, Лоусон повернулся к Гантту. — Идемте со мной, — скомандовал он, и проводник не стал противиться.

В пассажирском вагоне в приветственном свете масляных ламп первым голосом, нарушившим тишину, был голос Джонни Ребинокса.

— Так чего остановились, босс? Что там, бандиты или индейцы? — издевательски хмыкнул он.

— Лоусон, что происходит? — осмелился спросить Матиас. В голосе его звучала нешуточная тревога.

Преподобный Эстерли вернулся на свое место и молча наблюдал, как Лоусон перемещается по проходу, чтобы проверить, в каком состоянии находится раненая.

— Несколько минут назад она ненадолго приходила в себя и стонала от боли, — сообщила Энн. — Старалась дотянуться руками до раны, но я ее удержала. После этого она снова потеряла сознание.

Несколько секунд Энн проникновенно смотрела на Лоусона, и ее глаза задали вопрос раньше, чем голос:

— Они здесь?

— Да.

Снова это короткое слово, значащее так много…

Девушка постаралась не подать виду, однако ее волнение не укрылось от зоркого взгляда Лоусона.

— Тревор… как они нас нашли?

— У них свои способы слежки. Возможно, у них есть шпион среди людей, который сообщил им о нас. Возможно, у них есть своя система отправки сообщений с этим шпионом, которая мне недоступна… по крайней мере, пока недоступна.

— Что-то случилось с двигателем, мистер Лоусон? — спросил Эрик.

— Нет, с двигателем — ничего, — ответил Гантт, повесив свой фонарь на гвоздь. На лице его явно читался испуг, который дал Лоусону понять, что бравый проводник все еще не знал, что делать с испорченной фарой поезда. — Путь заблокирован. Случился обвал.

— Ха! — уродливая гримаса Ребинокса стала шире. — Дьюс, слушай сюда! Мы же можем выбраться отсюда хоть прямо сейчас! Кенни, ты в деле?

— В каком деле? — резко рявкнул Преско, прислонив лицо к оконному стеклу и постаравшись разглядеть что-либо через темноту, но в таком снегопаде это было просто невозможно. — Получить пулю или замерзнуть насмерть в такую погоду? У нас шансы, как у младенца в Аду!

— Младенцы не попадают в Ад, тупица! — прорычал Ребинокс. — С чего бы безгрешным деткам оказываться в Аду, а? М-да, я всегда подозревал, что у нас в команде трусы…

Похоже, этого было достаточно, чтобы заставить Преско распалиться. Он встал и грузно, как медведь, навис над проходом.

— А ты горазд болтать, да, Джонни? — заорал он голосом, звучащим резко, как скрежет сотен пил по стеклу. — Но на деле у тебя только одна рука! И ты ничего не сможешь!

— Я могу надрать тебе то место, где у тебя должны быть яйца! — огрызнулся Ребинокс, однако вперед не подался.

— Успокойтесь! — Лоусон сделал несколько шагов, чтобы стать между ними и, если понадобится, обезвредить агрессоров, однако он тут же заметил, что мужество Ребинокса пошло на убыль, потому что он понял: никто из его подельников не собирается рисковать своей шкурой ради него.

Тем временем Тревор внушительно посмотрел на второго взбушевавшегося разбойника.

— Не горячись, Преско. Сейчас никто никуда не пойдет.

— Младенец в Аду, — прищурился Ребинокс, явно не собираясь оставлять эту перебранку. — Вот, кто ты, кретин!

Он фыркнул, словно до его носа только что долетела какая-то отвратительная вонь.

— Лоусон, о чем вы говорили там, снаружи? — Гантт двинулся вперед по проходу. — По поводу того, что мы не вернемся обратно. Вы знаете что-то, чего не знаем мы?

Что им сказать? — спросил себя Тревор. Его мучила страшная жажда, нервы были на пределе, а ихор вяло тек по венам от голода. В его сумке было еще две бутылки с коровьей кровью, но разве можно было сравнить этот пресный заменитель с живительным эликсиром, что бежал по человеческим телам? В последний раз Тревор ощущал этот божественный вкус около двух месяцев назад, впившись в горло владельца отшельничьей лачуги на берегу Миссисипи. Тогда он оставил человека в живых, но это милосердие далось ему не без труда. Теперь же, так долго не вкушая человеческую кровь, он чувствовал, что превратился