Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Некоторые девчонки занимались самостимуляцией или делали вид, а на некоторых фотографиях они были по двое, занимаясь этим друг с другом. На самом деле Дейзи не удивляло, что мужчинам нравятся такие вещи.

Она почувствовала себя так, словно шпионила. И вспомнила тот раз, когда пришла к нему в комнату в Ти-Гуине, еще до того, как они поженились. Тогда она отчаянно пыталась узнать о нем побольше, вызнать что-то тайное о человеке, которого любила, чтобы найти способ завладеть им. А что она делает теперь? Шпионит за мужем — который, по-видимому, больше ее не любит — и пытается понять, в чем она ошиблась.

Под книжкой был коричневый бумажный пакет. Внутри лежало несколько маленьких квадратных бумажных конвертиков с красной надписью на лицевой стороне. Она прочитала:

«Прентиф» зарегистрированная торговая марка

Сервиспак

Внимание!

Не оставляйте конверт или содержимое

В публичных местах, поскольку это может

Привести к неприятным последствиям

Производство Великобритания

Латексный каучук

Для любого климата

Это ничего не объясняло. Нигде не было сказано, что именно находилось в этих конвертиках. Поэтому она вскрыла один.

Внутри лежал кусок резины. Она развернула его. Он был в форме трубки, закрытой с одного конца. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это такое.

Она никогда их не видела, но слышала, как в разговорах люди упоминали такие вещи. Американцы называли их «троянцами», англичане — «резиновыми Джонни». Правильное название было «кондом», а нужны они были для предохранения от беременности.

Зачем ее мужу целый пакет? Ответ мог быть только один. Чтобы использовать их с другой женщиной.

Ей хотелось плакать. Она давала ему все, чего он хотел. Она никогда не говорила, что устала и ей не хочется заниматься любовью, даже когда так бывало, и не отказывалась, что бы он ни предлагал в постели. Если бы он попросил, она могла бы даже позировать, как те женщины с фотографий.

Что она делала не так?

Она решила спросить его.

Горе уступило место гневу. Она встала. Сейчас она выйдет с этими пакетиками в обеденный зал и спросит его. С какой стати ей щадить его чувства?

И тут он вошел.

— Я увидел свет из холла, — сказал он. — Что ты здесь делаешь? — Он увидел выдвинутые ящики прикроватного столика и воскликнул: — Как ты смеешь за мной шпионить!

— Я подозревала, что ты мне неверен, — сказала она и показала ему презерватив. — Я оказалась права.

— Чертова проныра!

— Чертов изменщик!

— Мне следует проучить тебя, как делали викторианские мужья! — сказал он, поднимая руку.

Она схватила с камина тяжелый подсвечник.

— Попробуй! Я огрею тебя, как женщина двадцатого века!

— Это просто нелепо… — он тяжело опустился на стул у двери. У него был вид побежденного.

От его несчастного вида ярость у Дейзи прошла. Теперь ей было просто горько. Она села на кровать. Но любопытство не исчезло.

— Кто она?

— Неважно, — сказал он, качнув головой.

— Я хочу знать!

Он неловко пожал плечами.

— Какое это имеет значение?

— Очень большое. — Она поняла, что в конце концов все из него вытянет.

Он избегал ее взгляда.

— Ты ее не знаешь и никогда не узнаешь.

— Проститутка?

— Нет! — воскликнул он, уязвленный этим предположением.

— Ты ей платишь? — продолжила она наступление.

— Нет. Да. — Она поняла, что он стыдится своего желания скрыть это. — Ну, содержание… Это не одно и то же.

— Почему ты ей платишь, если она не проститутка?

— Чтобы им не приходилось встречаться с другими.

— Им? У тебя что, несколько любовниц?

— Нет же! Всего две. Они живут в Олдгейте. Мать и дочь.

— Что? Не может такого быть.

— Ну… однажды у Джоани… французы в таких случаях говорят «у нее цветы»…

— Американки называют это «беда».

— Вот Перл и предложила…

— Себя вместо нее? Более мерзкой сделки нельзя себе представить! Так ты ложишься в постель и с той и с другой?

— Да.

Она вспомнила книжку с фотографиями, и ей пришло в голову ужасное предположение. Она была просто вынуждена спросить:

— Но не одновременно?

— Иногда…

— Какая отвратительная гадость!

— О своем здоровье не беспокойся, — сказал он, указывая на презерватив в ее руке. — Эти штуки защищают от инфекции.

— Твоя заботливость меня просто ошеломляет.

— Послушай, ты же знаешь, что это делают большинство мужчин. Во всяком случае, большинство мужчин нашего класса.

— Ничего подобного, — сказала она, но вспомнила о своем отце, у которого кроме жены была постоянная любовница — и при этом ему еще потребовался роман с Глэдис Энджелус.

— А мой