Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

горстку мелочи — почти все деньги, что у него были с собой, и тоже положил на землю. — Надеюсь, это вам поможет.

Мужчина моргнул, уставившись на кучку, а затем снова посмотрел на нас. Райан неловко рассмеялся.

— Вы, наверное, хотите, чтобы мы от вас отстали, да? Вы не против, если мы сначала попьём? Из её трубочки. У нас закончилась своя вода, — он показал на реку.

— Нет, Райан, — резко прошептала я. — Нужно уходить.

Моё лицо горело от ужаса и адреналина. Я ни за что на свете не пройду мимо этого человека к воде. Нам надо уйти. Срочно.

Райан оглянулся на меня и, должно быть, заметил мой страх, возможно, впервые, потому что сказал:

— Ла-адно, забудьте, нам уже пора. — Райан отступил за мной, и, к моему облегчению, мужчина остался на месте. — Поешьте, ладно? И берегите себя.

Он резко развернулся, но я не рискнула отводить глаза от мужчины. Я развернулась, только когда мы отошли так далеко, что он превратился в точку между деревьями и исчезал с каждым шагом. И хотя совсем скоро он скрылся за лесом, я не могла отделаться от чувства, что он до сих пор наблюдал за мной, где бы ни стоял.

Уже в домике я наконец-то перестала чувствовать адреналин, хотя всё равно не переставала тревожиться. Мы улеглись на диван и смотрели глупый ром-ком, чтобы расслабиться. Райан обожал Райана Рейнольдса и все фильмы с ним. Обычно я читала книгу или бездумно сидела в телефоне, но на этот раз мне был необходим юмор. Поэтому я изо всех сил сосредоточилась на фильме, но так и не могла посмеяться из-за напряжения. Я облокотилась спиной на подлокотник, а Райан лежал поперёк меня, положив голову мне на живот.

— Что такое? — спросил он и поднял голову, когда я перестала ритмично перебирать его волосы.

— Прости, ничего. — Я вернулась я к своему занятию.

— Ты засыпаешь?

— Нет, я просто задумалась… — Мы почти не обсуждали это, когда вернулись, потому что были слишком заняты, пытаясь вернуть водный баланс и отмыть с себя весь пот. — Как думаешь, что тот мужчина там делал?

— Тот бездомный? — спросил Райан, выгнув бровь так, будто вообще забыл об этом. Как он мог? Это вообще не выходило из моей головы. Я кивнула, и Райан сказал: — Видимо, он там живёт. Вообще, если так подумать, здесь не так уж и плохо. У него есть палатка, а рядом река, чтобы пить, стирать одежду и мыться. К тому же в лесу его никто не тронет — идеальное место. Здесь вообще никого нет.

Я напряжённо сглотнула от этой мысли.

— Но как он добывает еду? Я не видела удочки, а ближайший город в нескольких километрах.

Райан провёл пальцами по моей ноге.

— Да, ты права. Наверное, он роется по всем мусорным бакам, но в остальном я не знаю, что он может делать. Пожалуй, надо принести ему ещё еды перед отъездом.

— Нет, — сказала я, наверное, слишком резко.

— Почему? — уставился на меня Райан.

Я заколебалась, не в силах объяснить свои чувства моему беззаботному мужу.

— Просто мне не понравилось, как он на нас смотрел. Я напряглась. Он может быть опасен. И почему он не разговаривал? Это меня… напугало.

Райан цокнул и поднялся на локтях.

— Почему? Я не знаю, почему он молчал… Может, стеснялся. Может, он болеет. А может, он испугался нас так же, как и мы — его.

— А ты испугался? — нахмурилась я. — Мне так не показалось. Ты просто с радостью отдал все наши вещи.

— Ты злишься из-за этого?

Райан ждал моего ответа, но я не могла его дать. Я нервничала совсем не из-за этого, но если честно, меня правда волновало, что Райан понятия не имеет, что такое бедность. Забирать каждую мелочь, потому что ты не знаешь, когда это может пригодиться. Сейчас мы не были банкротами — у нас было больше, чем когда-либо за моё детство, но всё же это немного. Я знала, что Райан чувствовал себя в безопасности, потому что его родители в любой момент могут нам помочь, но я не хотела на это рассчитывать.

Я считала, надо держаться за то, что имеешь. Конечно, мы могли бы дать тому мужчине пачку орехов, но не всё. А если бы это нам пригодилось? Теперь нам придётся покупать ещё, если мы захотим снова пойти в горы. Не то чтобы я этого захочу, зная, что там живёт этот человек. Возможно, мой опыт должен был сделать меня мягче по отношению к тем, кто находится в похожей ситуации, но этого не случилось. Я хотела убедиться, что у нас всё есть. Если это значит, что я бессердечна, то так тому и быть. Я больше никогда не хочу голодать.

— Мы можем купить ещё. Ему всё это было нужнее, Грейс. Я должен был помочь.

— Но ты этого не знаешь. Может, он просто пошёл сюда в поход, а ты отдал ему так много. Он даже не просил.

— Да, но ты же видела, где он живёт. И ты права, возможно, ему это было не нужно. Он мог просто постесняться сказать, что приехал сюда в поход. Но знаешь, это же не… В смысле, какая вообще разница? Если ему это было не надо, ничего страшного. Надо — прекрасно. В чём проблема? Просто я не понимаю, почему ты расстроена. Что я сделал не так? Я же не накидал ему сотни долларов. Я куплю себе новую трубочку. Моя мама всегда говорит: «Если ты владеешь многим, нужно уметь отдавать», и именно это я и пытаюсь делать. Ты это знаешь.

Он прав, я это знала. Знала, что он жертвует деньги на благотворительность и бросает мелочь, когда проходит мимо волонтёров, собирающих деньги для ветеранов на Рождество. Чего я не знала, так это того, что он может спокойно заводить беседы с опасными незнакомцами и отдавать им всю нашу еду и деньги.

Я прижала палец к виску, стараясь понять, что чувствую. Раздражение. Злость. Страх. Я считала, что он подверг нашу жизнь опасности и даже не понял этого.

— Дело не в трубочке и еде. Просто я чувствовала себя небезопасно и хотела уйти, но ты меня не слушал. Мы были там совсем одни с этим незнакомцем. Он мог быть опасен. Он мог нам навредить.

— Милая… — выдохнул Райан, — прости, я не понял, что ты за это переживаешь. Со мной ты в безопасности. Он не пытался на нас напасть. Он вообще ничего не сделал.