Нулевой пассажир - Олег Лесников
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
«Амон Мустафа. Антиквариат. Наама-Бей. +20 112 4520048». «Чем черт не шутит», — подумал я и набрал номер. Где-то внизу сразу тихо заиграла арабская мелодия. Я выскочил в гостиную и на полу под ковром сразу нащупал мобильный телефон и, достав из кармана чистый платок, поднял гаджет. Как я и думал, при попытке разблокировки экрана он тут же потребовал от меня биометрическую аутентификацию. Я вернулся в спальню и стал осторожно подносить к телефону по очереди все пальцы мертвеца. Устройство откликнулось на указательный палец правой руки. «Странно, как телефон оказался под ковром и почему убийца не забрал мобильник с собой?» — подумал я. Но гадать было некогда, и я, мельком пролистав список всех звонков, списки контактов, всех сохранившихся исходящих и входящих звонков, а также переписку в социальных сетях, набрал телефон нашего айтишника Дениса. Разбираться со всей этой информацией мы будем потом, а сейчас… я бросил взгляд на часы. Я здесь уже семь минут. Пора было закругляться, подумал я, слушая длинные гудки.
— Денис, привет.
— Здравия желаю, — наконец ожила трубка. — Какие-то проблемы?
— Привет, ты в офисе? — перешел я сразу к делу.
— На месте, где мне еще быть. Татарский, узурпатор такой, не пускает на вольные хлеба.
— Ладно, поплачешься мне в жилетку потом. Теперь о деле. У меня к тебе будет две просьбы. Обе — не терпящие отлагательств.
— А что, когда-то были не срочные?
— Помолчи и слушай. Первая — есть кассовый чек. Сейчас я тебе его скину. Мне необходима вся информация о держателе банковской карты, которой расплачивались на кассе. А также фамилия, имя, телефон, его биллинг за последний месяц и по возможности четкая фотография. Желательно из клиентской базы банка, в котором выпущена карта, а не скриншот с камеры видеонаблюдения. Ну, ты меня понимаешь.
— Что-нибудь еще, мон коронель? — сострил айтишник.
— Ну и вообще все, что дополнительно удастся раскопать. Теперь второе — необходимо скачать все данные с одного телефона. Это нужно сделать прямо сейчас. Сможешь?
— Без проблем, — хохотнул в трубку никогда не унывающий Денис. — Инфу по карте часа через два сброшу вам в «личку». А по телефону… у вас доступ к нужному телефону есть?
— Есть.
— Тогда положите включенный телефон как можно ближе к своему. Готовы?
— Да, — ответил я и тут же услышал, как Дениска быстро застучал по клавиатуре.
— Готово, — сообщил он через несколько минут. — Все данные уже на вашем гаджете. Но некоторые файлы зашифрованы. Сегодня попробую их вскрыть. Как закончу, дам знать, — скороговоркой проговорил он и отключился.
Вернув телефон потерпевшего на место, я набрал номер начальника полиции Омара Ашрафа.
По счастью, на улице были расположены несколько камер видеонаблюдения, изучив материалы с которых, Омар уверенно вычеркнул меня из списка подозреваемых и, взяв с меня коротенькое объяснение, отпустил на все четыре стороны. Вздохнув с облегчением, я пожал начальнику полиции руку и, выйдя из участка, сел в нашу машину и попросил Ахмеда отвезти меня в район Наама-Бей. Небольшая антикварная лавочка Амона Мустафы сиротливо прилепилась к правой стене большого магазина Fix Price и представляла собой невзрачную одноэтажную пристройку. Правда, как и повсеместно в Египте, — с высокими и широкими окнами в пол, призванными играть роль витрин. Потянув на себя тяжелую деревянную дверь, я оказался в полутемном помещении, сплошь уставленном разнообразными кальянами, поделками из оникса, называемого здесь алебастром, фигурками верблюдов, слонов, стендами-вертушками с почтовыми открытками и магнитиками, масками для плавания, пластиковыми ластами и другими подобного рода дешевыми сувенирами. Когда глаза немного привыкли к полумраку, я разглядел лестницу на второй этаж. Оглядевшись в поисках выключателя, но не найдя ничего похожего, я почти на ощупь добрался до первого пролета лестницы и, крепко держась за перила, поднялся на второй этаж. Там был, судя по обстановке, с комфортом оборудован кабинет хозяина. Именно «был», так как от былого комфорта не осталось и следа. Мебель была сдвинута со своих мест. Огромное кожаное кресло перевернуто, стеклянные дверцы шкафов распахнуты, а по всему полу рассыпаны груды керамических черепков и стеклянных осколков. Стоящий в углу внушительных размеров сейф распахнут, внутри ворох бумаг из распотрошенных папок. Я сразу понял, что мне здесь делать уже нечего и, дабы не столкнуться с полицией, поспешил ретироваться.
* * *
— Пал Палыч, добрый день.
— Добрый, — буркнул в ответ начальник. — Хотя и добрее видали. Что у тебя? — По тону Татарского стало ясно, что информацию с камер наблюдения, установленных в Национальной библиотеке Дамаска, как и список литературы, который брали для изучения дайверы, пока добыть не удалось.
— Плохо, но зато я установил новый египетский контакт наших дайверов. Это некий Амон Мустафа. Антиквар.
— Ты переговорил с ним?
— Не успел. Сегодня утром он был убит. Так же, как и Фролов. Почерк очень похож. В его магазинчике все перевернуто вверх дном. Там явно что-то искали. Судя по наличию у него в доме двух зубных щеток и женских вещей, он регулярно встречался с женщиной. Нам нужно срочно ее найти, пока до нее не добралась полиция. Мне удалось скачать данные с телефона Мустафы. Чаще всего он звонил контакту, помеченному в его телефонной книге как ФАМАА. Будем его или ее устанавливать. Кроме того, он имел постоянные контакты и с инструктором подводного плавания МЧС Филипповым. И еще — вопрос. Мы можем запросить распечатку биллинга телефонов Амона Мустафы и всех четверых россиян, летевших тем бортом?
— С россиянами проблем не будет, а вот по египтянину, думаю, тебе лучше переговорить с начальником полиции Омаром Ашрафом. Вы вроде с ним приятельствовали?
— Хорошо, тем более я все равно хотел к нему заехать. Возможно, уже есть что-то интересное.
По поводу найденного на месте убийства антиквара
