Договор - Андрей Арсланович Мансуров

8.2. Работодатель, или Руководитель коллектива имеет право при ухудшении качества работы конкретного исполнителя, невыполнение, или ненадлежащее выполнение им своих должностных обязанностей, нарушения трудовой дисциплины, порче имущества Работодателя, и других нарушениях, уменьшить долю положенной этому исполнителю психической энергии.

8.3. За повторные однотипные, или злостные нарушения Договора исполнитель может на оговоренное в Договоре время быть вообще лишён положенной ему доли психической энергии, с помещением его в место, отдалённое от Замка не менее чем на пять лье.

9. Общие требования безопасности.

9.1. Запрещается вмешиваться в работу систем и приборов, размещённых на территории замка и усадьбы Работодателем.»

Анатолий закрыл страничку. Протянул Договор Василию:

— Василий Петрович. Спрячь-ка обратно. — он кинул взгляд на круглые электронные часы, висящие над монитором, — Ого! Прошло уже не пятнадцать, а тридцать. Всё. Можешь подключать их приборы непосредственно к нему. А пока их жаренный петух не клюнул, я пройду к себе. Ведь я, типа, сплю.

— Да, Хозяин… — щёлкать переключателями Василий однако не спешил.

— Ну, говори. Я же вижу, что что-то беспокоит.

— Ага. Ведь раз ваш «кореш» окочурился, сюда наверняка нагрянут разные там Комиссии, да Прокуратуры… И пусть документы у нас — комар носа не подточит, но лазать-то они будут — везде! И на три-четыре дня минимум работа встанет!

— Хм… Ты прав, понаедут. И шнырить будут. Вот что. Спрячь наш экземпляр Договора в сейф. И пусть Маммон его прикроет завесой. Ну а по поводу клиентов… Этот пункт у нас в Договоре с ними тоже предусмотрен. «Задержка по причинам, независящим от Исполнителя». Я скажу в секретариате, чтоб предупредили, если что, тех, кто там на очереди… Кстати. Как там его Софико?

— Младший демон Аларих передал, что явно всё произошедшее видела. Но пока — считает всё это кошмаром.

— Плохо. Ведь всё равно может — рассказать!

— Ха! Кто же ей поверит… Но Аларих уже сделал так, что проснувшись, она забудет всё. Вообще — всё.

— Ну хорошо. Предусмотрительно. Ладно, подключай аппаратную.

— Есть, Босс!

Василий щёлкнул тумблером, повернул рукоятку.

Ого, как повскакали с мест диспетчера первой аппаратной!

Сейчас в спальню, к уже начавшему остывать телу, ломанутся и реаниматоры! Пора идти к себе в мезонин.

По дороге Анатолий думал. Что требование убивать не более, чем одного из ста Клиентов — весьма жёсткое. Чёртовы твари просили троих из ста — уж очень изголодались за время, пока замок стоял заброшенный и пустой. Некоторые — до практически полной «нематериальности». Пришлось тогда выдать часть «психической энергии» — «авансом». Используя себя и кое-кого из рабочих…

А ещё Анатолий думал, что то, что они в клиентском Договоре прописали пункт о необходимости проверки перед ночёвкой в замке «состояния здоровья» — очень хорошо. Теперь Клиенты не будут относиться к этой справке формально: типа, деньги дал — и написали!

Не-ет, теперь всё будет чин-чинарём: и кардиограмма, и энцефалограмма, и томография, и всё прочее.

И он готов поспорить обо что угодно: смерть его закадычного врага-конкурента никого из расписанной на два года вперёд очереди не заставит… Отказаться!

Потому что — где пахнет «жаренным», где красивые колоритные и экзотические интерьеры, и история — там всегда и «лайки», и просмотры, и комменты…

А это для современных миллионеров, или их расфуфыренных безмозглых дур — словно красная тряпка для быка! Особенно, если «экстрим» приправлен скандалом, или опасностью и правда — умереть!

Будут, будут и снимать, и выкладывать, и переписываться, и т. д.

И пусть «нематериальных сущностей» и не видно обычным видеокамерам, зато видно — спецэффекты, которые создали его инженеры и программисты. Если честно, то и их для отличной рекламы древнего «Шато с привидениями» более чем достаточно. Команда у него — лучшая! А уж «шоу»!.. Нанял он и проф. Сценариста — для «обычных» клиентов.

Ну а пока — он открыл бесшумно дверь в мезонин, и забрался в постель, успев лишь скинуть на стул брюки и рубаху: видел, что уже бегут!

А он якобы спал, и — ничего не знает!..