Вкус правды - Владимир Малявин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
10
Ответы «патриарха Дамо» отмечают разные грани основной темы китайской традиции – темы самоскрывающегося «истинного вла дыки» мира, который, являя предел всех перспектив созерцания, предоставляет всему место быть. В китайской мысли эта символическая глубина всех фактов сознания осмыслялась одновременно как беско нечно-сложная сеть космических соответствий и как ускользающее присутствие реальности, говоря по-китайски, – «дракон в облаках». Тема сверхчеловеческого в человеке введена в китайскую традицию Чжуан-цзы, который говорил о «Великом Предке» каждого человека или о «подлинном облике» человека, который существует «прежде нашего рождения» (позднее эти слова Чжуанцзы были подхвачены чаньскими наставниками). Вопрос о том, кто «присутствует в присутствии», «сознает в сознании», «прозревает в прозрении» и т. д., выдвинут на первый план во многих «Наставлениях», составленных Юаньу.
11
Чжаочжоу процитировал две начальные строки из раннего произведения чаньской словесности – «Надписи о вере в сознание», приписываемой Третьему патриарху чань.
12
В мифологии буддизма считалось, что «Будда солнечного лика» живет в мире восемнадцать сотен лет, а «Будда лунного лика» – один день и одну ночь.
13
Лакированная лохань – одно из традиционных в чаньской литературе обозначений непросветленного, пребывающего в неведении сознания. Соответственно «выбить дно» или «сломать» лакированную посуду на языке чаньских наставников означало достичь внезапного просветления.
14
В своем ответе Чжаочжоу обыграл то обстоятельство, что его прозвищем стало название города, где он проповедовал. Слова чаньского наставника, очевидно, намекают на абсолютную свободу духа в чаньском идеале «просветленности».
15
Имеется в виду высший, подлинно всеобъемлющий смысл буддийской доктрины, который, согласно представлениям буддистов Китая, Будда излагал в последний период своей жизни.
