Современный российский детектив - Анна Майская

еще раз пощупал у Нади пульс и удовлетворенно кивнул головой.

— Уже лучше…

Он приподнял ее за плечи и прислонил спиной к шершавому стволу дерева.

— Здорово я за вас испугался, — устало сказал он, присаживаясь рядом с ней и вытаскивая из кармана портсигар.

Надя вздохнула.

— А долго я без сознания была? — спросила она.

Дмитрий Николаевич сокрушенно покачал головой.

— Порядочно. Вы помолчите пока. Вам надо силы беречь.

Он вытащил из портсигара сигарету и закурил.

— А зачем нам надо было разделяться? — не утерпев, снова спросила Надя.

— Так выше шанс у нас с вами вырваться отсюда, — выпуская из ноздрей струйки дыма, глухим голосом сказал Федоров.

— А как же девчонки? — растерянно спросила Надя.

Дмитрий Николаевич нахмурился и отвернулся.

— Если будет погоня, они отвлекут ее на себя. К сожалению, другого выхода у меня не было.

— Как же вы могли с ними так поступить!? — гневно воскликнула Надя и натужено закашлялась.

— В первую очередь я должен защищать вас, — сухо отрезал Дмитрий Николаевич. — Если их все-таки схватят, то максимум, что им грозит, это публичный дом, а на вас кровь. Такое обычно не прощают. Здесь вам даже Гонгадзе не поможет. И мне хочется еще кое-что проверить, — он сделал глубокую затяжку сигаретой и задумчиво потер рукой подбородок. — Уж больно быстро нас разыскали. В случайности я не верю. Поэтому сейчас нам лучше держаться подальше от них. Я сказал, что мы будем переправляться через реку на плоту. Но это так, для отвода глаз. Если Викторию и Людмилу возьмут или… — он выразительно посмотрел на Надю, — произойдет утечка информации, люди Махмуда обязательно устроят там засаду. Это будет легко проверить. Если это случится, мы просто сядем на товарный поезд и через шесть часов будем в Линце. У моста они должны притормаживать. Там сейчас идет стройка.

— А как же они? — растерянно спросила Надя.

— Если они вырвутся, и засады у переправы не будет, то мы встретимся у реки. Там до моста недалеко, километра два. Вы, кстати, давно с Людмилой познакомились?

— Года полтора назад… А что? — ответила Надя.

— До того, как у вас начался роман с Гонгадзе?

Надя задумалась, очевидно, вспоминая и, наконец, сказала.

— Немного позже… А с Викой мы дружим с детства. Я как в модельное агентство устроилась, ее тоже в Москву за собой перетащила из Владивостока. Но у нее дела пока не очень хорошо идут. Типаж не совсем тот оказался. Поэтому она и захотела в Европе попробовать.

Федоров задумчиво покачал головой.

— С Викой вы как-то похожи. А Людмила? — он вопросительно взглянул на Надю. — Совершенно она в круг ваших знакомых не вписывается и старше вас намного. Даже не знаю, что вы в ней нашли.

— Я и сама не заметила, как это случилось, — Надя пожала плечами. — Она к нам в агентство заходила. Хотела на работу устроиться. Стилистом или еще кем-то. Я уже сейчас не помню. В курилке встретились, разговорились. Слово за слово — и поехало. У меня тогда с девчонками в агентстве отношения не складывались. Завидовали мне очень. Мол, выскочка, только приехала, еще и московской прописки нет, а уже на конкурсе победила. Мне, кстати, прописку перед самым конкурсом Гонгадзе помог оформить. Ну, вот я с ней и подружилась. А что она старше, мне даже интереснее. Я с такими…

Неожиданно вдали, за стеной деревьев, послышались еле слышные звуки выстрелов. Дмитрий Николаевич быстро встал. Некоторое время он напряженно прислушивался к ним. Затем наклонился к Наде и тихо спросил.

— Идти сможете?

Та в ответ кивнула головой.

— Смогу.

Он стал рыться в сумке.

— Мы сейчас пойдем по дну ручья. Уже холодно, поэтому свою обувь снимите и наденьте-ка вот это, — Дмитрий Николаевич поставил перед ней большие, с высокими голенищами и толстой подошвой резиновые сапоги. — Пришлось их позавчера в супермаркете купить. Когда уходишь от погони, обувь надо почаще менять.

Подождав, пока Надя переобуется, он взял ее за руку и, приминая росшую по берегу траву, вместе с ней вошел в ручей.

Через час, совершенно обессиленные, они снова вышли на берег. За это время они несколько раз выходили и опять входили в воду, перебирались по поваленным стволам с берега на берег и, осторожно ступая, прыгали с одного облепленного илом и грязью валуна на другой. Наконец, когда ноги у Нади замерзли настолько, что она уже не могла ими больше двигать, Дмитрий Николаевич махнул рукой.

— Выходим!

— Пока хватит, — отдышавшись, сказал он. — Будем надеяться, что оторвались. Теперь садитесь и снимайте джинсы.

— Это еще зачем? — спросила Надя и густо покраснела.

— Я вам ноги разотру, чтобы судорогой не свело, — пояснил Дмитрий Николаевич и, вытащив из сумки небольшую темно-зеленую бутылку, открыл ее и протянул девушке. — Выпейте, чтобы не простудится, ну, и от нервов помогает.

Сделав несколько глотков, Надя от удовольствия завертела головой.

— Обалденно вкусно! Никогда раньше такого не пила. А что это?

— Это настойка на травах. Пейте еще… — улыбнувшись, подбодрил ее Федоров, — там спирта немного. Я специально для вас купил.

Надя, смакуя, выпила почти всю бутылку.

— Фу!.. Больше не могу, — отдавая ее Федорову, сказала она. — А то что-то опять перед глазами круги пошли.

— Это сейчас пройдет, — успокоил ее тот и, сняв с себя куртку, расстелил ее на траве. — Садитесь. Раздевайтесь.

Заметив смущенный взгляд девушки, Федоров улыбнулся.

— Вы не беспокойтесь. Я отвернусь.

Повернувшись спиной, он отошел к ручью и закурил. Надя одним быстрым движением стянула с себя тесные джинсы, поправила трусики и, сев на куртку, позвала.

— Я готова!

Выбросив сигарету в ручей, Федоров подошел к ней и, вылив себе на ладонь, остатки настойки, мягко провел рукой по холодным, как лед, ногам девушки. Затем стал быстро их растирать.

— Терпимо? — спросил он, с усилием массируя ее лодыжки. — Да вы расслабьтесь. Не напрягайтесь так.

Надя оперлась руками о землю и, запрокинув голову, восхищенно произнесла.

— Ну что вы. Так приятно. Вы прямо как профессионал работаете.

Федоров усмехнулся.

— Как профессионал, конечно, громко сказано.

— Да нет, — горячо возразила Надя. — Я точно говорю. Меня в салонах сколько раз массировали. Вы ничуть не хуже.

Когда руки Дмитрия Николаевича несколько раз коснулись ее трусиков, она покраснела и попросила.

— Может, хватит? Мне уже намного лучше стало.

Тот улыбнулся.

— Вас, что? Мужчины ни разу не массировали?

— Почему? Много раз.

— Тогда что вас беспокоит? — он заглянул девушке в глаза. — Представьте, что вы в салоне лежите. Как там обычно говорят: расслабьтесь, закройте глаза и… получайте удовольствие! — пошутил он. — Мне закончить надо, а то застудите, чего доброго, ноги. Вон,