Современный российский детектив - Анна Майская

сопровождать, а если нет, то уж извините.

Я ехидно ухмыльнулась Федорову в его испуганную рожу и развела руками:

— На халяву бабок вам срубить не удастся. Все… Можете идти. Чао!

После моих ободряющих слов он взял свой дипломат и с кислой физиономией на полусогнутых покатился восвояси. В общем, дядька слабаком оказался. На него надавить немного — и отстанет. Не будет под ногами путаться.

Ну, вот и все. Больше писать пока нечего. Сейчас пойду, окунусь в джакузи. А потом лягу баиньки. А то завтра день тяжелый. Всем пока.

PS. Фотки на страничку выложу завтра."

День первый. Вена… (продолжение)

Выйдя из ванны, Надя слегка подсушила мокрые волосы феном. Затем уселась в кресло перед большим круглым зеркалом и, разделив густые непослушные пряди пробором надвое, стала их аккуратно расчесывать. Задумавшись, она не заметила, как дверь тихо приоткрылась и в номер осторожно заглянула Людмила. Увидев сидящую у зеркала Надю, она крадучись подошла к ней и вдруг резко положила на еще влажные после душа плечи девушки свои широкие, как у мужчины, ладони.

— Ай! — Надя быстро обернулась и в сердцах выругалась. — Ну, Людка! Достала уже своими дурацкими приколами!

Покрасневшее лицо Людмилы расплылось в довольной улыбке.

— Ой, ой, ой! Какие мы, оказывается, нежные. Наша куколка испугалась! — растягивая слова, почти пропела она своим хриплым, прокуренным голосом. Подозрительно потянув носом воздух, Надя укоризненно посмотрела на подругу.

— Ты чего… Опять приняла?

Людмила небрежно кивнула головой.

— Ну… выпила немного. Могу я вечером расслабиться?

Насвистывая какой-то веселый мотивчик, она прошлась по комнате, рассматривая висящие на стене картины. Затем подошла к Наде и, встав у нее за спиной, начала осторожно поправлять на ней волосы. Та замотала головой.

— Люд, не надо. Испортишь все. Я вчера у Арнольда целый час просидела, пока мы подобрали с ним что-то оригинальное.

Людмила скорчила на лице удивленную гримасу.

— Слушай, подруга! Где ты здесь увидела что-то оригинальное? Все это старо как мир! Арноша тебе за деньги Гонгадзе всучил свою очередную халтуру. А ты свои розовые ушки и развесила. Давай я тебе кое-что подправлю. Смотри, у волос все кончики растрепались.

Она быстро взяла со столика ножницы и расческу.

— Людка, ты что! С ума сошла? — Надя схватила подругу за руку. — Испортишь сейчас все, — испуганно зашептала она, пытаясь отвести руку Людмилы с зажатыми в ней ножницами от своей головы.

Голос Людмилы принял назидательный тон.

— Надюха, не волнуйся. Слушай, что тебе старшие говорят. Я, конечно, не лауреат международного конкурса, как господин Москвин, но в дамских стрижках тоже кое-что понимаю. Парикмахер — моя первая специальность. Так что сиди и не парься. Все будет нормально!

Накинув на плечи девушки широкое мохнатое полотенце, она аккуратно расчесала ее волосы костяным гребнем и быстро защелкала ножницами. Подрезала кончики один раз, второй… Снова расчесала волосы на прямой пробор. Слегка взбила. Нанесла лак и, дав несколько минут ему просохнуть, повернула Надю лицом к зеркалу.

— Силь ву пле! Прошу! — она направила на нее яркий свет настольной лампы.

Надя долго рассматривала в зеркале свое отражение, затем подняла на Людмилу восхищенные глаза.

— Здорово! Действительно стало лучше! Слушай, как классно у тебя все получается! Что же ты раньше молчала?

Она резко покрутила головой, распуская волосы по плечам, и подняла вверх большой палец правой руки:

— Во! Отлично получилось!

— Я же тебе говорила, что все будет нормально, — усмехнулась Людмила и, сняв с плеч девушки полотенце, стряхнула обрезки волос на пол.

— Слушай, Люд… — Надя повернулась в кресле и показала Людмиле свою оголенную грудь. — А можно я тебя следующий раз попрошу меня подстричь?

— Конечно, можно… — ответила та, не сводя странного взгляда с маленьких изящных сосков девушки. — Для этого подруги и существуют, чтобы к ним в случае необходимости обращаться.

Людмила аккуратно смела в угол комнаты обрезки волос, взяла в руки фен и стала быстрыми, уверенными движениями сушить Наде голову.

— Готово! — наконец сказала она, и пока та разглядывала в зеркале свое отражение, сняла с себя черный пуловер, оставшись в полупрозрачном, едва закрывающем большую, высоко поднятую грудь топике.

Обрадовано, вскочив с кресла, Надя кинулась к подруге.

— Ой, Люд, ты просто прелесть! Дай я тебя поцелую, — она нежно обняла Людмилу за шею и быстро, едва касаясь губами, поцеловала в щеку. — Спасибо!

Людмила обхватила Надю за талию и привлекла к себе.

— Ну, "спасибом" ты, Надюха, на этот раз не отделаешься.

— А чем?.. — смущенно улыбнулась та, смахивая сползшие на глаза волосы. Людмила загадочно посмотрела не нее и вкрадчивым голосом попросила.

— Подари мне мужичка!

— Какого? Вахтанга? — брови Нади удивленно поползли вверх.

— Да нет… — Людмила поморщилась. — Нужен мне этот старый пень!

— Тогда кого?

— Новенького…

— Какого новенького?

— Который нас сегодня в аэропорту встречал. Федорова.

Надя, запрокинув голову, весело, от души рассмеялась.

— Так ты этого придурка имеешь в виду? Господи! Да бери. Не жалко. И почему ты решила, что он мой?

Людмила скользнула по ней хитроватым взглядом и едва заметно улыбнулась.

— Ой! Не притворяйся, Надюха, — в ее голосе зазвучала ирония. — Хоть артистка ты и неплохая. Не знаю, зачем в театральный не пошла вместо своего педагогического. Меня не обманешь. Я такое сразу замечаю.

— Ну и что ты заметила?.. — Надежда вдруг покраснела.

Людмила снова улыбнулась и погладила ее по голове.

— А то и заметила, что понравился он тебе.

— Да брось ты, Люд… — Надя смущенно посмотрела на подругу. — Он же слизняк. Офисный червь. Они там только и могут, что бумажки с места на место перекладывать. Брюхо отрастят и думают, что идеал мужчины.

Людмила усмехнулась.

— Я не знаю, какие бумажки он перекладывает. Но мужичок он красивый. И мордашка, и фигурка — что надо. И брюха пока нет. Он как раз в твоем вкусе. Тебе же спортсмены нравятся?

Она заглянула Наде в глаза.

— Ну, признайся, что понравился.

Надя еще больше покраснела и опустила густые ресницы.

— Ладно, Люд, хватит. Отпусти.

— Признаешься, тогда отпущу!

— Мне не в чем признаваться!

— Так уж и не в чем…

— Ну, отпусти. Я же сказала! Бери его, если хочешь.

Людмила еще немного подержала Надю в своих объятиях и, наконец, медленно разжала руки.

— Ладно. Не хочешь — не признавайся.

С трудом оторвав взгляд от голой груди девушки, она, чуть помедлив, заметила:

— Ох, и упрямая ты, Надька! Как только вы с Вахтангом уживаетесь? Он ведь тоже чуть что — на дыбы.

Надя поправила рукой сползшие на бедра трусики и тихо ответила.

— А что Вахтанг… Вахтанг хоть и старый, но