Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

– У нее не получилось. Он, по ее мнению, безумен. Девица просит разрешения поговорить с вами.

– Не до нее пока, но охрану всех пленников, живых и мертвых, усиль. Гринд, все изменилось сегодня. Жрецов и королеву не выпускать. Теперь они наши заложники, пока не договоримся с Верхним миром.

– Так ты же должен еще короля Артана из осады айэ выручить. Брат все-таки, хоть и названый.

Дэйтар с тоской обвел взглядом толпу своих и чужих.

– Ну и день! До гроба не забуду!

Отец, внимательно прислушивающийся и присматривающийся к обстановке, сохраняя потрясающее спокойствие, подошел ближе.

– Тома, ты как?

– Все хорошо, папа. Уже все хорошо.

– Нам надо поговорить, Тамара Андреевна. И с этим твоим пернатым женихом – тоже.

Когда отец обращался так официально, это был единственный признак крайней степени его раздражения или гнева.

– Нам тоже надо поговорить, граф Дэйтар, – елейным голосом пропел белорясник. – Или нам теперь обращаться к вам – хаор?

– Вы подождете, – непререкаемо заявил Коршунов.

«В очередь, сукины дети, в очередь!» – в знакомой усмешке шевельнулись его губы.

Дэйтар нашел взглядом дворецкого.

– Мэйстр Чесс, поскольку свадебная церемония откладывается, организуйте гостям отдых, а нам накройте легкий ужин на троих в моем кабинете.

Тут ожил темнорясник, все это время простоявший неподвижным столбом, этаким центром мироздания, вокруг которого весь вечер рождались и гасли миры.

– Минутку, граф. Зачем откладывать то, что уже свершилось? Небеса смотрят не на внешность, а в душу. А душа у девушки по имени… Тамара Андреевна та же, что представала перед алтарем храма уже дважды, и в этом я готов свидетельствовать своей магией, дарованной Темными Небесами, и жизнью, дарованной Светлыми.

Он протянул руку к алтарю, и тот осветился мягким сиянием, словно подтверждая слова жреца.

Белорясник тяжко вздохнул, осуждающе покачал головой, но перечить коллеге не стал.

– Ну, коли так… Светлые Небеса признают и благословляют небесное родство и связь душ Дэйтара Орияра и Тамары Кьер… Кьор… Кьор-шью-ноф.

– Сфера Кьор! – ахнул в толпе кто-то, явно знакомый с демонической историей. В первые ряды, расталкивая рыцарей, прорвалась как-то слишком быстро очнувшаяся королева. Выглядела она так ужасно, что все мужчины опустили головы, стараясь не смотреть на потрепанную женщину. Но, несмотря на жалкий вид, жалости она не вызывала: глаза главкобры непримиримо сверкали. – Вот оно что! Вот зачем ты ему понадобилась! Как я не догадалась?

– О чем она, Дэйтар? – шепотом спросила я.

– Потом объясню, если я правильно понял, – ответил Ворон после паузы и одарил меня задумчивым взглядом.

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно-елейным голосом объявил толстый жрец. – Подойдите, дети мои, испейте брачную чашу. До дна, как полагается супругам.

Когда появился в центре алтаря стеклянный сосуд, я не заметила. Жидкость в нем была строго разделена по вертикали на черную и белую половину, как застывшее молочно-черничное желе.

И отчего-то мне даже прикасаться к этой штуке не хотелось, хотя жажда зверски мучила.

К счастью, и не пришлось.

За стенами храма опять взревел местный чешуйчатый авиалайнер и ударом лапы разнес в щепы врата храма. Следом за огромной когтистой лапой в храм попыталась протиснуться и злобная черная морда, закупорив единственный выход.

– Я супр-р-руга! – прорычал дракон. Или дракониха? – Я!

В брачную чашу полетел прицельный плевок голубого пламени, и сосуд опрокинулся, расплескивая черно-белую смесь. В воздухе поплыл густой запах шоколада и миндаля. А ведь цианистый калий как раз пахнет миндалем. Вряд ли, конечно, храмовники будут действовать так грубо. Но, с другой стороны, они всегда могут отпереться: мол, божье наказание.

– Святые Небеса! – воскликнул замковый лекарь, принюхиваясь. – Что вы туда намешали? Не по протоколу!

– Так у нас и жених с невестой необычные, не из Верхнего мира, – дрожащим голосом оправдывался белорясник. Он хлопнул в ладоши, высекая искры, как огнивом, и стер пролитую жидкость огненным веником. На плитах храма ни следа не осталось.

Пока никто не вспомнил о брачных кольцах, я потянула Ворона за рукав.

– Дэйтар, давай уйдем, раз Небеса нас признали. Я даже на портал согласна.

– С радостью, душа моя.

– Только отца предупредить надо. У него оружие. Огнестрельное.

– Им займутся. Все покажут и расскажут, что необходимо. Не знаю, как бы я повел себя на его месте, но он держится великолепно. Теперь я понял, в кого ты такая, чудо мое.

Дэйтар нажал на камень в браслете, подхватил меня на руки и нырнул в полыхнувшую арку так быстро, что никто и пикнуть не успел, даже дракон.

Если я надеялась забиться в угол и отдохнуть, то напрасно: самый длинный день моих двух жизней еще не кончился.

Дэйтар вывел нас через портал не в кабинет с обещанным ужином и даже не в спальню. Он притащил меня на зубчатую стену какой-то обзорной башни и гордо сказал:

– Смотри!

Глаза бы не смотрели уже! Скоро ли брачная ночь? Поспать бы!

Но я послушно отлепилась от широкой и надежной мужской груди, распахнула глаза… и не сдержала восторженного возгласа:

– О-о-о! Что это? Где мы?

Мой сероглазый птиц рассмеялся.

– Не узнаешь? Это дворец хаора. Такой, каким он был тысячу лет назад и каким должен быть всегда.

Там, где еще утром возвышались причудливые, но уютные башни Лаори-Эрля, теперь высилась громада дворца с нечеловечески чуждой и в то же время завораживающей архитектурой. В отсветах вечернего неба он был особенно прекрасен. Он походил на переплетенное и подсвеченное кружево заледеневших фонтанов, на взрыв застывшей в воздухе лавы, чьи тяжелые струи свивались в причудливую, наполненную магией и мощью вязь.

На самом высоком шпиле развевалось черное крыло знамени с гербом, вышитым серебром и алмазами.

Я с трудом оторвала глаза от Лаори-Эрля и перевела взгляд на оправу, достойную такого сокровища – строения, окружавшие дворец. Изменения коснулись каждого здания крепости. Орияр-Дерт сбросил мертвенную оцепенелость и сиял каждым камнем в стенах, каждым стрельчатым окном.

Но самую главную деталь я обнаружила позади, когда Дэйтар мягко развернул меня и уже ничто не заслоняло горизонт. Я узнала феерический ландшафт Нижнего мира. Крепость Орияр-Дерт теперь стояла на головокружительной высоте. Внизу простиралась долина, а вдали алели пики еще более высоких гор.

– Мы на вершине горы, Тома. Не самая высокая точка в Суаф, но это центр сферы и место хаора.

– Как такое возможно – переместить крепость целиком?

– Точно так же, как она переместилась тысячу лет назад на границу миров. В момент моей полной инициации сработало древнее заклятие и все вернулось на свои места. Условием возвращения было обретение потомком Орияра полной силы хаора.

– И никто не пострадал?

– Нет, но если мы не вернемся, кто-нибудь точно пострадает, – улыбнулся Ворон и коснулся серьги в ухе. – Твой отец требует вернуть ему дочь. Похоже, он решил, что его пытаются