Современный российский детектив - Анна Майская

выполнил: пригнал к развилке небольшой фургон, где лежало тело пастуха. Где он нашел этого пастуха — Мансура не интересовало. А может в морге купил? Хотя вряд ли. Скорее, убили где-нибудь. На все воля Аллаха. Теперь этот бесхозный пастух превратится в Латыпова.

«Жигуленок» затормозил возле фургончика. Мансур и Шепелев вышли из машин, обменялись приветствиями. Гульназы оставалась а автомобиле, тревожно озираясь по сторонам. Дорога была пустынная, время — десять часов вечера. Она не понимала: зачем муж привез ее сюда, к этому русскому? Может, продать хочет?

— Зачем жену взяли? — спросил Шепелев, хотя и догадывался.

— Чтобы достовернее было, — отозвался Латыпов. — Один труп — это один, а два — это два.

— Ну, как угодно, — корректно сказал московский гость. — Тогда управляйтесь сами.

Он деликатно отошел в сторону, чтобы не мешать.

— Иди сюда! — позвал Латыпов жену, нагнувшись к багажнику.

Гульназы встала рядом.

— Чего тебе?

И тогда Мансур начал наносить ей тяжелые удары гаечным ключом по голове. Она умерла после третьего или четвертого удара, едва успев вскрикнуть, но он продолжал бить.

— Хватит! — остановил его Шепелев. — Зачем уродовать лицо? Ее должны признать сразу.

Потом они вытащили из фургончика труп пастуха, и Латыпов тем же гаечным ключом «обработал» его голову. Так, что она превратилась в месиво. Затем он разделся, натянул свою одежду на труп пастуха. Не забыл вложить в карман паспорт на имя «Мансура Латыпова». Оба мертвых тела затащили в «жигуленок». Сняв машину с тормоза, вдвоем с Шепелевым подкатили ее к обрыву. Облили бензином и подожгли. После чего столкнули вниз. Автомобиль бился об камни, разлетаясь огненными брызгами, пока не раздавился пылающим шаром на дне ущелья.

— Вот вы и умерли, — усмехнулся Шепелев. — Не жалеете?

— Не в первый раз, — зло откликнулся Латыпов. — Значит, долго жить буду.

— Не сомневаюсь, — сказал Шепелев. — Теперь — в Москву.

4

Кротов приехал к Днищеву в его Измайловский спорткомплекс. Сквозь стеклянную стену было видно, как тренируются в зале на тренажерах молодые ребята, а у двух старых приятелей завязался интересный разговор. Касался он тех материалов, которые накануне были переданы Кротовым Днищеву.

— …мы называем их русомасонами, — говорил Кротов. — Они сейчас проникли практически во все политические структуры, особенно в Генштаб и правительство. В спецслужбе одна из ключевых фигур там — это генерал Лавр Бордовских. Я его давно знаю. Он мнит себя новым Корниловым, а спит и видит в России диктатуру. Это очень опасно, особенно в наше время, сейчас, когда на Кавказе, в Чечне и Дагестане вновь идут боевые действия. Они называют себя скромно — «Организацией». Но сети раскинули весьма глубоко. Сейчас Киреевский занимается «Черным орденом», это одно из щупалец «Организации», этакое мистическое, мифологизированное паранормальное явление, взращенное на русской почве и замешанное на самых архиязыческих идеях. Но Дугин, который в «Черном ордене» мнит себя новоявленным пророком, духовно питает и генштабистов в «Организации». А все это еще касается и сатанизма. Вот такая получается гремучая смесь и во что она может вылиться — одному Богу известно! Какой чудовищный взрыв может прогреметь в ближайшее время.

— Реальный взрыв или гипотетический? — спросил Сергей.

— И то, и другое не исключается, — ответил Кротов. — Во всяком случае, наши аналитики просчитали и возможность военного переворота. Чечня сейчас даст появление новых политических игроков, которых никто не видит и не ждет. А между тем, еще в той чеченской войне сформирована команда реальных патриотов России. Это здоровые силы, но есть и другие, авантюрные, которые могут перевесить и сильно изменить линейный ход процессов истории, возможно, даже определяющим образом. В свое время они «втемную» использовали генерала Рохлина. Делали на него ставку. Но генерал оказался слишком непредсказуемым. И его убрали. Военные ведь пользуются не только силой, но и умом. А наши военные сейчас достаточно сильны и решительны. Вспомни рейд на приштинский аэродром? Значит, они сумеют добраться до президента и эффективно повлиять на его решения. Все это говорит об их скрытом потенциале, который еще не легализовался, но будет качественно и количественно расти. И вовсе не надо, чтобы все генералы были честными и порядочными. Достаточно двух-трех, чтобы все остальные построились «во фрунт».

— А Президент?

— Ельцин? Загнанный народным недовольством и интригами олигархов в угол, он будет готов, чтобы удержать власть, бросить Россию в ее последнюю катастрофу. Если его не убедят сейчас передать бразды правления… Вернемся к русомасонам. Их Орден был создан еще в конце прошлого века, генералом Милютиным, я уже говорил об этом. И вышел он именно из недр Генштаба. Как бы и в наши дни не получилось того же самого. Знаешь, что писал Ильин еще в 1923 году? — Кротов полез в свою папку, достал оттуда несколько листков. — Вот, цитирую: «Особое место занимают сейчас русские масонские ложи. Сложившись заново после революции и получив признание заграничного масонства, русские ложи работают против большевиков и против династии. Основная задача: ликвидировать революцию и посадить диктатуру, создать для нее свой масонский антураж. Они пойдут и на монархию, особенно если монарх будет окружен ими или сам станет членом их организации». Понятно? Время повторяется. Сейчас русомасоны делают ставку на Путина. После провала импичмента, который был ими же и инспирирован, у них выбор не велик. Либо военный переворот, либо Путин. А Ельцин исчезает стремительно, буквально на глазах.

— А вон и Анатолий идет! — сказал Днищев.

Киреевский шел по тренажерному залу, направляясь в их кабинет. Выглядел он весьма оживленно.

— Наступил на хвост «Черному ордену»? — по приветствовал его Кротов.

— Еще нет, но встречу с Головиным мне уже организовали. Завтра поеду в Горки, — ответил тридцатипятилетний аналитик.

— А мы тут все о русомасонах толкуем, — сказал Сергей. Присоединяйся. Хочешь чаю?

— Кофе, — коротко ответил Киреевский.

В спортивном зале «тренажерников» сменили мастера восточных единоборств, начались поединки. Днищев, сам специалист в этой области, причем классный, подошел поближе в стеклянной стене, следил за схватками. Его кипучая энергия как всегда искала выхода. Ему было мало слов — он искал дела.

А Кротов, искусный дипломат, продолжал рассуждать:

— «Организации», о которой я тут толковал с Сергеевым, мало сильных спецслужб, ей нужна автаркия. Воля, облеченная в общность, в класс, в орден. Не ФСБ, не абстрактный «силовики», а возрожденное КГБ. Вот как смешно получается: КГБ в свое время пристально интересовалось квартирой в Южинском переулке, из которой вылупился нынешний «Черный орден», а теперь этот «Черный орден», его идеологи, пестуют саму «Организацию» и ратуют за КГБ поистине континентального масштаба. Хотя такого героического, макиавеллически всесильного, всезнающего и всемудрого КГБ в природе существовать не может. Начнутся раздоры