Фантастика 2025-129 - Денис Старый

хрупкое, если выражаться простыми словами. Там проходят важнейшие нервы и сосуды. А в частности — внутренние сонные артерии. Их пережимает грыжей, и из-за этого у вас развивается хроническая ишемия головного мозга.

— О боже, Кацураги-сан, а это лечится? — испугался мужчина.

— Скажем так — лечится, но не вылечивается, — прямо ответил я. — При правильном образе жизни и хорошем лечении вы можете свести все симптомы к нулю. Но как только забросите следить за собой, то всё возобновится.

— Получается, что все эти головокружения, боли и потеря памяти — из-за простой грыжи? — удивился он.

— Да, — кивнул я. — Вашему мозгу просто не хватает крови. А это совсем не тот орган, который может обойтись пониженным кровообращением. И что самое интересное — ваши непредсказуемые скачки давления тоже оттуда.

— И здесь моя грыжа похозяйничала? — спросил он.

— Когда она пережимает сосуды, происходит рефлекторное перераспределение давления. Из-за этого может происходить резкий скачок, а после — столь же стремительное падение, — объяснил я. — Вам ранее об этом ничего не говорили?

— Нет, Кацураги-сан, представьте себе! Как хорошо, что вы всё расставили по полочкам. А то я уже начал подозревать, что начинаю потихоньку впадать в маразм, — мужчина рассмеялся.

Я подробно расписал ему терапию на ближайшие несколько месяцев. Несколько препаратов для улучшения мозгового кровообращения, стандартный набор для снятия воспаления в шейном отделе позвоночника, а также статины — таблетки для снижения уровня холестерина. Всё-таки атеросклероз сосудов головного мозга предотвратить было необходимо.

— Начинайте принимать эти препараты строго по схеме, — порекомендовал я. — А в ближайшее время загляните к неврологу. Вопрос межпозвоночной грыжи стоит обсудить с ним. Возможно, вам хорошо помогут физиопроцедуры. Электрофорез, магнитотерапия — старые, но достаточно действенные методы лечения остеохондроза.

— Спасибо вам, Кацураги-сан. Если бы вы только знали, как сильно поднялся мой боевой дух после нашего разговора, — он поклонился и покинул мой кабинет.

Через открывшуюся дверь я заметил, что очередь сократилась до десяти человек. Кондо Кагари неплохо наловчился принимать пациентов. Скоро сможет посоревноваться со мной в скорости. Только тут главное, чтобы не страдало соотношение скорости и качества. В противном случае вся наша работа не будет иметь никакого смысла.

Я взглянул на часы. Время подходило к пяти вечера. До шести управиться должны. Надо будет хорошо отблагодарить Кагари за помощь. Один бы я сидел здесь до позднего вечера и растерял бы при этом очень много людей. Половина очереди могла попросту уйти, не дождавшись приёма.

Правда, кое-что в нашей диспансеризации работало из рук вон плохо. Вся система держалась исключительно на моих осмотрах. Анализы были чересчур приблизительными, поскольку люди сдавали кровь уже во второй половине дня. Каких-то сногсшибательных критических расхождений с утренними анализами мы там в любом случае не увидим, но по-хорошему эту систему нужно отладить.

Главная проблема как раз в том, что рано утром никто не может прийти к нам из-за рабочего графика. Сам процесс диспансеризации предполагает освобождение от работы на один день, но этой возможностью пользоваться никто не спешил.

Половина сотрудников не хочет терять даже малейший процент от зарплаты, а другая половина не может пропустить рабочий день из-за своих принципов или давления руководства.

Это один из тех вопросов, которые можно было бы поднять перед самим Ягами Тэцуро. Может, главный врач сможет повлиять на руководство «Ямамото-Фарм». Сама же корпорация страдает из-за того, что её сотрудники ходят на работу не обследованными. Все хронические заболевания рано или поздно дадут о себе знать. Нужно только время и щепотка стресса.

Под самый конец диспансеризации, когда всё отделение успело выдохнуть, ко мне зашёл последний пациент. И тогда мой «анализ» включился автоматически. А это, как и всегда, не означало ничего хорошего.

— Добрый вечер, Кацураги-сан, извините, если поздно, — произнёс молодой мужчина. — Меня зовут Яцушико Кен. Меня сильно задержали на работе, но я очень сильно хотел попасть к вам на приём. Первые этажи очень расхвалили ваши профилактические осмотры.

— Всё в порядке, Яцушико-сан, присаживайтесь, — сказал я.

Профилактический осмотр? Ох… К сожалению, о нём и речи быть не может. Судя по самостоятельно включившемуся «анализу», у Яцушико Кена в организме очень крупная неполадка. Профилактировать её уже слишком поздно. Нужно искать проблему и купировать её.

— Расскажите, как себя чувствуете, Яцушико-сан? — спросил я, а сам принялся бегло осматривать все его внутренние органы.

Брюшная полость… Чисто. Малый таз… Чисто. Головной мозг — никаких проблем. Да куда же спряталась столь серьёзная патология?

— Со мной в целом происходит что-то странное, Кацураги-сан, — произнёс Яцушико. — Меня сильно тошнит и постоянно болит спина, вот здесь…

Яцушико Кен указал на грудной отдел позвоночника.

Опять неврология. Сегодня у меня день больных позвоночников. Интересно, что там… Может быть, очень большая грыжа, раз мой «анализ» так резко отреагировал?

Однако, приглядевшись к грудному отделу позвоночника, грыж я не обнаружил. Зато нашёл кое-что похуже. Небольшое пятно. Очаг размягчения костной ткани в пятом грудном позвонке — как раз в той точке, на которую указывал Яцушико Кен.

Что это? Метастаз? Туберкулёз позвонка? Остеопороз? Проклятье… А ведь за счёт одного «анализа» и не скажешь.

Я начал проводить классический осмотр, чтобы отвлечь внимание пациента. Нужно рассмотреть это образование через «усиленный анализ». Возможно, мне удастся определить, что за дрянь там засела.

Вот только мозг начинал давать сбои. Полученного запаса энергии от Сакамото Рин мне уже не хватало.

Точно! Нужно позвать её сюда. Придумать предлог, чтобы воспользоваться её источником.

Я закончил слушать лёгкие пациента и произнёс:

— Яцушико-сан, подождите пару минут, мне нужен ассистент.

Яцушико Кен молча кивнул и остался в кабинете профилактики, а я вышел в коридор, где на диванчике расположились уставшие медсёстры и Кондо Кагари.

— О! Кацураги-сан! — вяло, но всё так же эмоционально воскликнул он. — Мы справились!

— Ещё нет, у нас серьёзный пациент, — сообщил я. — Сакамото-сан, мне нужна ваша помощь.

— А? Моя? — удивилась Рин.

Да, странно это выглядит со стороны. Мне требуется помощь с серьёзным пациентом, а я решаю вызвать на подмогу самую неопытную медсестру.

— Да, Сакамото-сан, хотел бы, чтобы вы изучили кое-что на практике, — придумал оправдание я. — Этот опыт вам пригодится.

— Да, конечно, Кацураги-сан! — закивала Рин и пошла вслед за мной.

Я заметил, как Лихачёва Хикари прищурилась, с подозрением наблюдая за мной и Рин. Только