Прогулка по Гиндукушу - Эрик Ньюби

-- Не люблю наркотических средств,-- пробурчал Хью, погружаясь в сон,-но в дан* ных обстоятельствах это, пожалуй, оправдано.

Мы проснулись около пяти. Моей первой мыслью было, что я лежу на операционном столе. Это заблуждение усилилось, ког^ да я увидел окровавленные руки Хью. Мои руки выглядели теперь так же страшно, как и его несколько дней назад.

Одевание оказалось неожиданно сложной процедурой. Ши-ру Мухаммеду пришлось застегивать нам брюки. Не так-то просто для человека, который в жизни не имел дела с брючными пуговицами. Это был единственный раз, когда я видел его смеющимся. Потом он зашнуровал нам ботинки.

К тому времени, как мы собрались, уступ превратился в горячую тарелку. Шир Мухаммед шел впереди. Несмотря на тяжелую ношу, он прыгал по склону, как козел. Скоро ему надоел наш похоронный темп, и он ушел от нас.

У верхней кромки ледника Хью остановился и снял рюкзак.

-- В чем дело?

-- Веревка,-- прохрипел он. -- Я забыл веревку. Пойду за ней.

Спорить было бесполезно. Он уже тащился вверх по склону. Я сам создал глупейший прецедент, когда ходил за оставленным карабином.

Сразу за ледником на морене сидел Абдул Гхияз. Он разошелся с Широм Мухаммедом в скальном лабиринте и очень тревожился за нас.

-- Где мистер Кэрлесс?

-- Наверху. !-- Погиб?

-- Нет, он придет.

-- Вы взяли вершину?

-- Нет.

-- Почему мистер Кэрлесс не с вами?

На языке знаков я с большим трудом убедил его, что Хью не пал жертвой моего честолюбия. В конце концов Абдул согласился нести мой рюкзак. Вот, наконец, и лагерь.

Прошел час, два, а Хью не показывался. Мне стало не по себе, я ругал себя за то, что не подождал его на леднике. Трое погонщиков, сидя вокруг костра, на котором готовился какой-то грандиозный и загадочный обед в честь нашего возвращения, монотонно бормотали:

-- Мистер Кэрлесс, мистер Кэрлесс, где мистер Кэрлесс?

Наконец он пришел. Борода покрыта инеем, губы потрескались; короче говоря -- человек, переживший сокрушительный разгром.

-- Где ты был? Мы с ума сошли от беспокойства!

-- Я нашел веревку, -- сказал он. -- А потом уснул под камнем.