Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

У Мелтона был трудный день. И предыдущие дни были не легче. У него пошаливали нервы, и настроение приближалось к нулевой отметке. Его рука потянулась к пистолету, чтобы с помощью оружия высказать незнакомцу все, что накипело на душе, но пистолету не пришлось вступить в беседу. Резко выбросив руку вперёд, Тарзан перехватил запястье Мелтона и выдернул человека из кабины. Спустя мгновение он был разоружён.

Нкима пританцовывал и подпрыгивал на ветке дерева, осыпая врага грубой бранью и призывая Тарзана убить Тармангани. Но никто не обращал на него внимания. Этот крест Нкима нёс постоянно. Он был столь мал и незначителен, что никто не обращал на него внимания.

Негры в кузове грузовика застыли в растерянности, широко раскрыв глаза. Все произошло так неожиданно, что они ничего не успели сообразить. Они видели, как незнакомец выдернул Мелтона из кабины, и теперь смотрели, как Тарзан трясёт белого бвану, словно собака крысу. Тарзан по собственному опыту знал, что лучший способ добиться от человека подчинения — хорошенько встряхнуть его.

Мелтон был крепким парнем, но и он оказался беспомощным в железных тисках незнакомца; к тому же он здорово струхнул. Его испугала не столько сверхчеловеческая сила, сколько ужас, который вселяла эта тварь. Мелтон почувствовал себя в объятиях дикого зверя. Когда много лет назад его сильно помял лев, он уже пережил это чувство — чувство фатального подчинения неизбежности.

Тарзан перестал трясти Мелтона и взглянул на парня, выпрыгнувшего с карабином из грузовика.

— Брось винтовку, — сказал Тарзан на суахили.

Юноша помедлил.

— Брось! — приказал Мелтон, затем обратился к Тарзану. — Чего ты хочешь?

— Я спросил вас, что вы здесь делаете. Я хочу получить ответ.

— Сопровождаю парочку процветающих янки.

— Где они?

Мелтон пожал плечами.

— Бог их знает. Они выехали с утра пораньше на легковушке, а мне велели держаться опушки леса. Сказали, что вернутся и встретят меня позже днём.

— Что они здесь делают? — спросил Тарзан.

— Охотятся.

— Почему ты привёл их сюда? Ведь это закрытая территория.

— Я их не приводил, это они меня привели. С Малларганом спорить бесполезно. Он из тех, кому хоть кол на голове теши. Ему нужен не проводник, а загонщик. Он чемпион мира в тяжёлом весе, и это ударило ему в голову. Попробуй сказать ему что-нибудь поперек, живо схлопочешь. Кое-кто уже попробовал — не позавидуешь. В жизни не встречал такого скандалиста. Второй — поспокойнее. Менеджер Малларгана. Умора. Тоже мне менеджер! Только и твердит: «Да, малыш!» «О’кей, малыш!», а сам все время думает, как бы поскорее вернуться в Нью-Йорк. И постоянно трясётся от страха. Эх, избавиться бы от них.

— Они поехали одни? — спросил Тарзан.

— Да.

— В таком случае у тебя есть шанс избавиться от них. Это край львов. Я никогда не встречал их в таком количестве.

Мелтон присвистнул.

— Тогда я должен двигаться и попытаться найти их. Они мне не нравятся, но я отвечаю за них. А ты… — он помедлил, — ты не будешь мешать мне?

— Нет, — ответил Тарзан, — Иди и найди их. Скажи, чтобы убирались отсюда и больше никогда не возвращались.

Затем он направился в сторону леса. Когда Тарзан немного отошёл, Мелтон окликнул его.

— А вообще-то ты кто такой? Человек-обезьяна остановился и обернулся.

— Я — Тарзан, — сказал он.

Снова Мелтон присвистнул. Он залез в кабину грузовика и включил мотор; и когда тяжёлая машина медленно двинулась по дороге, Тарзан исчез в лесу.

Солнце садилось на западе, и удлиняющаяся тень леса наползала на равнину. Легковая машина тряслась и подпрыгивала на ухабах. В машине были двое. Один сидел за рулём, другой расположился рядом. Его глаза покраснели, он чихал почти беспрерывно.

— Ради всего, малыш, ты не можешь ехать помедленнее? — хныкал Маркс. — Хватит с меня сенной лихорадки, а тут ещё ты хочешь из меня кишки вытрясти.

Вместо ответа Малларган чуть-чуть придавил педаль газа.

— Ты или рессоры потеряешь, или шины, или менеджера, если не сбавишь скорость.

— Я в менеджере больше не нуждаюсь. — Эта мысль показалась Малларгану настолько забавной, что он повторил её: — Я в менеджере больше не нуждаюсь; итак, я оставляю его в Африке. Вот ребята повеселятся!

— Не забивай свою головку дурацкими идеями, малыш. Ты нуждаешься в таком смышленом парнишке, как я. Кулаки у тебя действительно железные, но лоб-то медный.

— Значит, так?

— Именно так.

Малларган поехал чуть медленнее, поскольку внезапно сгустилась тьма. Он включил фары.

— Здесь быстро темнеет, — прокомментировал чемпион. — Интересно, почему?

— Из-за широты, умник, — объяснил Маркс. Некоторое время они ехали молча. Маркс нервно поглядывал по сторонам, поскольку с наступлением темноты все вокруг настолько изменилось, что складывалось впечатление, будто они внезапно перенеслись в иной, странный мир. Равнина слабо освещалась мерцающим светом звёзд, лес казался сплошной непроницаемой темнотой.

— Неплохо бы сейчас очутиться на 42-й стрит, — заметил Маркс.

— И чего-нибудь пожевать, — сказал Малларган. — У меня уже живот к спине прилип. Интересно, куда они запропастились? Говорил же я ему: не останавливайся, пока не встретишь нас. Эти англичане такие самоуверенные и строят из себя всезнаек: «Не делай то, не делай се!» Я думаю, чемпион мира способен сам о себе позаботиться, не так ли?

— Конечно так, малыш.

Тишину равнины нарушил рёв льва, вышедшего на охоту. Несмотря на достаточное расстояние, этот звук явственно донёсся до ушей обоих мужчин.

— Что это было? — поинтересовался Малларган.

— Кабанчик, — ответил Маркс.

— Было