Фантастика 2025-129 - Денис Старый

вашу великолепную четвёрку. А вы что, думали, я позвоню посреди ночи просто так? Я же знаю, что вы не спите.

— Мы с коллегами немного отдохнули, — улыбнулся я. — Правда, кое-кто отдохнул чересчур сильно и завтра об этом пожалеет.

— Ну, по крайней мере, я видела в отчёте, что вы трезвый, как стёклышко, а значит, наш завтрашний поход в храм Дзодзёдзи не отменяется. Верно? — произнесла Ёсико.

— Вы умудрились даже изучить документацию по нашему освидетельствованию? — удивился я. — Как вам не стыдно, Уёхара-сан?

— А что? Я заместитель главного врача. Мне следует знать, как проводят свободное время мои подчинённые во-о-обще то — протянула она.

— Поход в храм не отменяется, — ответил я. — Я как раз собирался искать ваш номер.

— Посреди ночи? — тут же спросила Уёхара. — Да у нас много общего.

— Да, и в первую очередь — это беспардонность, — усмехнулся я.

— Играете с огнём, Кацураги-сан. Я бы на вашем месте аккуратно подбирала слова в разговоре со своим руководителем, — игриво предупредила Уёхара.

Я никак в толк не возьму, чего она так со мной странно разговаривает? И это ведь далеко не в первый раз. И уж точно не в последний, учитывая, что завтра мы вместе идём в буддистский храм.

— Завтра в полдень у храма Дзодзёндзи вас устроит? — спросил я.

— А выспаться успеете, Кацураги-сан? Мне нужен спутник на культурной прогулке, а не сонная муха, — ответила она.

— Успею, мне много времени для сна не требуется.

— Тогда в полдень я заеду за вами сама, — произнесла Уёхара. — Напомните свой адрес?

Я назвал Уёхаре Ёсико перекрёсток, у которого располагалась моя съёмная квартира.

— Хорошо-о-о, — задумчиво протянула Уёхара. — Тогда доброй вам ночи, Кацураги-сан.

— А точнее — утра, — поправил её я. — До завтра, Уёхара-сан.

— Завтра уже наступило, — иронично подметила она.

— Мы так и будем друг друга поправлять или уже двинемся ко сну? — спросил я.

— Ладно, ладно, — рассмеялась Уёхара. — Отключаюсь.

Я заметил, что Уёхара так и не положила трубку, поэтому сам сбросил звонок.

Чудная женщина! Разговор с ней постоянно состоит из каких-то полунамёков, подколов и просто странных заявлений. Причём это происходит, как на работе, так и вне клиники.

Придя к выводу, что умом Уёхару Ёсико мне не понять, я улёгся спать.

На следующее утро я первым делом привёл себя в порядок посредством короткой разминки и холодного душа. Я гладко побрился, убрав редкую щетину, чтобы выглядеть наиболее презентабельно.

Один из главных плюсов организма среднестатистического японского мужчины — это отсутствие обильного роста волос на лице. Конечно, многое зависит от генетики, но в большинстве своём азиаты не страдали от быстрорастущей надоедливой щетины, за пару недель превращающейся в неухоженную бороду.

Убедившись, что после вчерашней ночи я не выгляжу, как потрёпанный работяга с хроническим недосыпом, я выдвинулся на улицу.

Автомобиль Уёхары уже стоял у моего дома. Она посигналила мне, видимо, решив, что я её не заметил. Однако не обратить внимание на массивный джип «Ниссан», за рулём которого сидела женщина в юкате было невозможно.

— Кацураги-са-а-ан! — крикнула она, высунувшись из окна. — Садитесь!

Поначалу я подумал, что меня всё же подводит зрение. Ну не могла она надеть традиционную японскую юкату. Насколько мне известно, в них даже не ходят в буддистский храм. С чего бы ей…

— Ну как вам? — спросила она, когда я сел в машину.

Нет, всё-таки она правда надела юкату. Какое-то глубинное инстинктивное чувство из моего японского мозга, наделённого русской душой, испытывает странный трепет перед этим тонким народным халатом. Странное же всё-таки ощущение. Будто этот наряд по какой-то причине должен вызывать у меня эмоциональный трепет.

— Непривычно видеть вас в таком наряде, Уёхара-сан, — признался я. — Меня не покидает ощущение, что под ним скрывается ваша классическая юбка и пиджак.

— Нет, Кацураги-сан, под юкатой как раз таки у меня почти ничего нет, — подмигнула мне Уёхара-сан и завела машину.

На всякий случай я старался вести себя предусмотрительно, и не бросаться словами, которые потом используют против меня. Меня начали терзать подозрения, что все эти заигрывания могут быть неспроста.

А что, если очередная семья точит на меня зуб? Наняли Уёхару Ёсико, чтобы в очередной раз собрать компромат на меня. Запрещённые отношения между сотрудниками. Хотя верилось мне в это с трудом. Для такой интриги наняли бы медсестру, но никак не заместителя главного врача.

Да и кому теперь подстраивать для меня ловушки? Опять Кондо? Это вряд ли. Если не будет меня, их сына точно никто не станет готовить к профессиональной деятельности. Другие врачи, скорее всего, сразу же пустят Кагари в свободное плавание, чтобы он не мешался под ногами. А там — врачебная ошибка, смерть пациента и конец врачебной деятельности…

По крайней мере, поначалу мне казалось, что Кондо Кагари запросто может допустить такую оплошность. Но за последнюю неделю парень вырос на глазах.

— Кацураги-сан, вы о чём так громко думаете? — спросила Уёхара. — Неужто вас настолько сильно шокировал мой наряд?

— Нет, Уёхара-сан, я задумался совсем о другом. Видите ли, прежде, чем мы приступим к совместному отдыху, мне бы хотелось уточнить один момент, — ответил я.

— Поздно, лично я уже отдыхаю, — улыбнулась она. — Ла-а-адно, Кацураги-сан, что вас тревожит?

— Мне известна политика нашей клиники. И наши с вами взаимоотношения могут счесть нарушением правил, установленных руководством, — произнёс я.

— Но я и есть руководство, — пожала плечами Уёхара. — Тем более, Кацураги-сан, о каких отношениях идёт речь? Я что, упустила момент, когда мы перешли на новую ступень?

Ёкай!

— Уёхара-сан, а я ведь говорю с вами серьёзно, — спокойно продолжил я. — Мне недавно досталось от Эитиро Кагами за то, что я случайно пересёкся со своей медсестрой в парке Синдзюку.

— Да вы — сердцеед, Кацураги-сан, — усмехнулась Уёхара.

— Я в первую очередь, беспокоюсь, что это может как-то повредить вашей репутации, — объяснил я. — Меня-то эти глупые правила, выдуманные нашим руководством, не сильно беспокоят.

— Вы забыли, что руководство — это я? — деланно нахмурилась Ёсико.

— Вот! Отличный шанс пожаловаться начальству на неадекватный внутренний кодекс клиники, — усмехнулся я.

— Принесёте мне в письменном виде ваше замечание, я