Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

подумайте хорошенько, прежде чем ответить.

И новый ласковый невинный взгляд Клариссы.

— Не могу себе представить. Я имею в виду, кто бы это мог быть.

Инспектор встал, развернул стул и поставил его на старое место, за карточный стол. Затем, неторопливо вышагивая по комнате, он принялся размышлять вслух.

— Мистер Костелло пришел сюда, — медленно начал он, — и возвратил вещи, которые первая миссис Хейлшем-Браун забрала по ошибке. Затем он попрощался. Но после вернулся в дом.

Он подошел к застекленным дверям и продолжил:

— По-видимому, он предпочел войти через эти двери, — инспектор сопроводил свои слова указующим жестом. — Его убивают, а тело запихивают в это укрытие, и все в течение десяти-двадцати минут.

Инспектор повернулся к Клариссе.

— И никто ничего не слышал? — закончил он, повышая голос. — Я нахожу, что поверить этому очень трудно.

— Я понимаю, — согласилась Кларисса. — Я тоже считаю, что поверить трудно. Совершенно невероятно, не правда ли?

— Именно так, — с явной иронией в голосе подтвердил инспектор. Он сделал последнюю попытку и, подчеркивая каждое слово, спросил: — Миссис Хейлшем-Браун, вы абсолютно уверены в том, что ничего не слышали?

— Я совершенно ничего не слышала, — ответила она. — И это действительно странно.

— Фактически, это чересчур странно, — хмуро отозвался инспектор. Он помедлил, а затем направился к двери в холл и отворил ее. — Что ж, пока это все, миссис Хейлшем-Браун.

Кларисса встала и довольно быстро направилась к двери в библиотеку, но была остановлена инспектором.

— Не сюда, пожалуйста. — И он проводил ее до двери в холл.

— Но мне, кажется, следует присоединиться к остальным, — возразила она.

— Позже, если не возражаете, — последовал краткий ответ.

С чрезвычайной неохотой Кларисса покинула комнату в указанном направлении.

Глава 14

Инспектор закрыл дверь за Клариссой и направился к констеблю, который продолжал писать в своем блокноте.

— Где другая женщина? Садовница. Мисс… э-э… Пик?

— Я уложил ее на кровать в свободной комнате, — объяснил начальнику констебль. — После того как она успокоилась, так-то вот. Ужасные минуты я провел с ней. Уж как она смеялась и рыдала, просто ужасно, вот оно как.

— Не важно, отправится ли миссис Хейлшем-Браун к ней побеседовать, — сказал инспектор. — Но она не должна говорить с теми тремя мужчинами. Они не должны согласовать показания. Я надеюсь, вы заперли дверь из библиотеки в холл?

— Да, сэр, — заверил его констебль. — Ключ у меня.

— Я не знаю, что мне с ними делать, — признался коллеге инспектор. — Они все очень почтенные люди. Хейлшем-Браун — дипломат из Министерства иностранных дел, Хьюго Берч, как нам известно, мировой судья, а другие гости Хейлшем-Браунов тоже, похоже, представители высшего класса… ну, вы меня понимаете… Но есть во всем этом что-то непонятное. Все они с нами неискренни, все, включая миссис Хейлшем-Браун. Они что-то скрывают, и я намерен выяснить, что именно и связано это с убийством или нет.

Он простер руки над головой, будто надеясь на озарение свыше, а затем снова обратился к констеблю:

— Что ж, нам лучше продолжить. Давайте их сюда по одному.

Но как только констебль вскочил с места, инспектор изменил свое решение.

— Нет. Одну минутку. Сначала я перекинусь словом со стариной дворецким.

— Элджином?

— Да, Элджином. Позовите его. Мне кажется, он что-то знает.

— Несомненно, сэр, — поддакнул констебль.

Он обнаружил Элджина топчущимся неподалеку от двери в гостиную. Дворецкий сделал было вид, что направляется к лестнице, но остановился на оклик констебля и весьма робко вступил в комнату.

Констебль закрыл дверь в холл и вновь занял свое секретарское место. Инспектор указал Элджину на стул у карточного стола.

Дворецкий сел, и инспектор приступил к допросу.

— Итак, этим вечером вы отправились в кино, — напомнил он дворецкому, — но вернулись. По какой причине?

— Я говорил вам, сэр, — ответил Элджин. — Моя жена нехорошо себя почувствовала.

Инспектор не отрывал от него глаз.

— Это ведь вы впустили в дом мистера Костелло, когда он позвонил сегодня вечером, не так ли?

— Да, сэр.

Инспектор отошел от Элджина на несколько шагов и вдруг резко обернулся.

— Почему вы не сказали нам сразу, что это автомобиль мистера Костелло стоит у дома?

— Я не знал, чей это автомобиль, сэр. Мистер Костелло не подъезжал к парадному входу. Я даже не знал, что он прибыл на автомобиле.

— Не было ли это несколько странным? Оставить свой автомобиль за конюшнями? — предположил инспектор.

— Ну да, сэр, я полагаю, что так, — согласился дворецкий. — Но мне кажется, у него были на то причины.

— Что именно вы имеете в виду? — быстро спросил инспектор.

— Ничего, сэр, — ответил Элджин. Это прозвучало почти самоуверенно. — Совершенно ничего.

— Видели вы когда-либо прежде мистера Костелло?

Теперь голос инспектора звучал очень резко.

— Никогда, сэр, — заверил его Элджин.

Для следующего вопроса инспектор выбрал очень многозначительный тон:

— Это не мистер Костелло послужил причиной вашего возвращения сегодня вечером?

— Я уже говорил вам, сэр. Моя жена…

— Я не хочу больше ничего слышать о вашей жене, — оборвал его инспектор. Отступая от Элджина, он продолжил: — Как долго вы служите миссис Хейлшем-Браун?

— Шесть недель, сэр, — последовал ответ.

Инспектор обернулся к Элджину.

— А до этого?

— Я был… у меня был маленький отпуск, — в голосе дворецкого почувствовалось беспокойство.

— Отпуск? — подозрительно повторил инспектор. Он помолчал и добавил: — Вам следует осознать, что в случае, подобном этому, ваши рекомендации будут изучаться с особым тщанием.

Элджин привстал было со стула.

— А у меня все… — начал он, но не договорил и снова сел. — Я… я не хочу вас обманывать, сэр. Нет, не было ничего плохого. Я хочу сказать… Подлинные рекомендации порвались… Я не помнил точно, как там было написано…

— В общем, вы написали свои собственные рекомендации. Так ведь, не правда ли?

— Я не собирался никому причинить вреда, — оправдывался Элджин. — Я просто зарабатываю себе на жизнь…

Инспектор снова прервал его:

— В данный момент меня не интересует подделка рекомендаций. Я хочу знать, что случилось сегодня вечером и что вам известно о мистере Костелло.

— Я в глаза его до этого не видел, — настаивал Элджин. Оглянувшись на дверь в холл, он добавил: —Но у меня есть соображение, зачем он пришел сюда.

— О, и какое же? — заинтересовался инспектор.

— Шантаж, — сказал Элджин. — У него есть что-то на нее.

— На нее, — повторил инспектор. — Я полагаю, вы имеете в виду миссис Хейлшем-Браун.

— Да, — с горячностью подтвердил Элджин. — Я зашел спросить, не желает ли она еще чего-нибудь, и услышал их разговор.

— Что именно вы услышали?

— Я слышал, как она сказала: «Но это шантаж. Я на него не поддамся». — Фразу Клариссы Элджин