Живые - Эверест Правдин

– Ты как, Лиза? – спросил Лёша.

– Вроде ничего. – ответила та, но было заметно, что рука причиняла ей боль, просто Лиза это тщательно скрывала.

– Ага, ничего! – сказал Родион – Всё в кровище, сама корчится от боли…

– Родя, хватит разглагольствовать, – перебила Лиза – иди лучше Лие помогать.

– Да, кстати, тебя Лия зовёт к себе, в сердце пупа. – сказал Лёша.

– Хорошо, иду. Лиза, ты потом присоединишься к нам, когда рана затянется.

– Ладно, главное, не забудьте распустить кольца роботов-проверяющих.

– Не забудем, не волнуйся. – и Родион ушёл.

– Ну, пошли потихоньку. – И Лёша с Лизой, а за ними Феликс в обнимку со Светой, вышли из механического пупа и отправились в город, впервые не через подземный ход. Перед ними бежали люди, ещё недавно считавшиеся психами из-за того, что пошли против порядков или сказали что-то не то про избранных, ставшие сейчас свободными. У них появилась, наконец, та возможность, за которую они так долго боролись – жить своей, не контролируемой роботами жизнью.

В это время Лия давала первое объявление для людей, у которых неожиданно прервались лекции или закрылись рабочие окна, и они не понимали, что произошло. Какова же была их радость, когда они узнали, что рабочий день на сегодня закончен, а на ужин им пришлют двойную порцию элитной еды!

А Родион с Лией пробыли в механическом пупе ещё шесть часов, меняя программы и перестраивая систему. Пришли домой они поздно, но были весьма довольны собой и проделанной работой.

А город оживал. Люди снимали наушники, начинали общаться друг с другом, кто-то выходил из дома… Улицы перестали быть пустынными и безжизненными, ведь многие люди вышли туда и сделали это из любопытства, хотя, казалось бы, никакой тяги к свободе не должно было у них остаться.

Теперь разрешалось быть живым, разрешалось быть человеком, ведь власти избранных наступил конец. Благодаря им, пятерым, сыгравшим в освобождении города огромную роль, человекам – Лёше, Лие, Лизе, Родиону и Феликсу.