Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

— Дочка моя — Оленька, заболела. Рак у неё. Где мы только не были, к кому только не обращались, всё без толку. Угасала прямо на глазах. Сказали, полгода осталось — не больше, — всхлипнул безутешный отец. — А тут вызывает меня к себе Зайцев, генерал-лейтенант Зайцев... Вызывает и говорит: «Есть способ вылечить твою дочку! Только цена велика!» Я-то конечно сперва о деньгах подумал и готов был последнее отдать, но всё оказалось намного сложнее. Ну да вы знаете... А я-то вообще был готов на всё! Дочку сразу забрали и увезли. Через месяц письмо пришло, написала, что ей намного лучше, — по щекам майора бежали слёзы. — Я тогда ещё активней за учёбу взялся, меня учили обращаться с амулетом, историю преподавали и вообще рассказывали, что к чему. Вы тогда ещё в учебке были, ну, а я в своей. Отучился, сдал зачёты, и почти сразу к вам. Только перед отправкой, дал мне Зайцев установку. Чтоб я вас со всех сторон обложил, а если надо, то и устроил что-нибудь — подставу грамотную. Чтоб значит, когда дело дошло до того, кому достанется группа или большая её часть — вопрос решился в пользу нашей конторы. Очень ему хотелось получить к себе «Наделённых силой». Таких бойцов нет ни у кого! А у него бы были. Мужики, я честно не знаю, что он там ещё замутил, чтоб отжать вас... Только вот этот случай с Милославским нельзя было упускать!

— Ты уже доложил о произошедшем? — поинтересовался Рогожин.

— Нет. Не успел. Хотел первичную работу провести, если бы я взял Мажора за мягкое место, можно было бы докладывать. А так!.. — Васильев махнул рукой. — Теперь, когда вы всё знаете, ничего не получится. Надеюсь, что хоть дочку успеют вылечить! Главное время потянуть!

— Зачем? — не понял Степаныч.

— Что, зачем?

— Время тянуть? При чём здесь твоя дочь? Ну, провалил задание начальства, так оно и было невыполнимо! Ещё и с душком! За такое можно и схлопотать.

— Так ведь...

То, что совместными усилиями Рогожина и Иванова удалось вытянуть из Васильева, было настолько диким в их понимании, что мужчины просто выпали в осадок. Шокировало же их то, что Васильев был абсолютно уверен в том, что теперь его дочь умрёт, потому что лечить её перестанут. Фактически она являлась заложницей. Но если ему помогут то, есть надежда потянуть время...

— Стоп! — капитан поднял руку, останавливая речь майора. И посмотрев на Степаныча продолжил: — Что скажешь?

— А что говорить? Может, лучше помянем?

Васильев вздрогнул и втянул голову в плечи, теряя последнюю надежду на помощь...

— Да уж... — Рогожин вышел в соседнюю комнату и вернулся с жестяной флягой: — Стаканы освободите!

Прапорщик с энтузиазмом, в пару глотков, освободил тару, посмотрел с сомнение на майора и освободил его стакан, тем же незамысловатым способом. Рогожин плеснул из фляги в стаканы грамм по пятьдесят спирта, взял свой и толкнул речь:

— Ну, за упокой души генерал-лейтенанта Зайцева, чтоб ему в аду кочегар расторопный попался! — и вместе с прапорщиком «замахнули», крякнув от удовольствия, после чего с ожидание уставились на майора, а тот, большими глазами, смотрел на разошедшихся сослуживцев.

— Мужики, вы что охренели? Это же не шушера местная... — только договорить ему не удалось. Степаныч содрогаясь от смеха, громко хлопал себя по коленям.

— Руслан, ты понял?.. Он решил, что мы этого Зайчика мочить будем... Ой, не могу... — похоже было, что спирт удачно лёг на удобренную пивом почву!

— Действительно, Витя, ты это... — пытающийся держать серьёзное лицо капитан погрозил пальцем: — Не говори ерунды, его без нас шлёпнут. Хотя... — лицо стало задумчивым и слегка мечтательным, — сперва попытают, наверное? Давненько такой хрени не было! Ты за беспокойное посмертие то выпей! Выпей, не стесняйся.

Чисто автоматически, ничего не понимающий майор, влил в себя содержимое стакана и, выпучив глаза, закашлялся.

Каково же было его удивление, когда он понял причину такого поведения сослуживцев. Оказалось, что за попытку провернуть с его помощью свои дела, генералу, скорее всего, просто дали бы по шапке и объяснили где его место. А вот за попытку создания «вассала», уже могли грохнуть, чтоб другим неповадно было. Но взятие заложника... Это верный путь к смерти через пытки, ещё и в присутствии других членов Организации. По той же причине! Ибо, если причина вербовки была понятна и правильна, то всё остальное... Тут ведь как в банке, дают кредит, а потом отрабатываешь с процентами! Только в залоге твоя жизнь, а не твоих близких!

— Понимаешь, Витя, — слегка расслабившийся от выпитого прапорщик приступил к разъяснениям. — Зачем, твой начальник это всё замутил, мы можем только догадываться. Но могу предположить, что когда он протянул свои загребущие лапки...

— Степаныч! У него нет допуска!

— Руслан, может, хватит играть в секретность? Видишь, к чему это привело? Если бы Зайцеву объяснили, что к чему, может, он бы и не маялся ерундой! И у Вити таких проблем бы не было!

— А если бы не лез, куда не надо, тоже! Он же не в детском саду!

— Руслан, ты пойми, если Витя будет понимать, что делает, то пользы будет значительно больше! Может ему выделенный допуск дать? А? Ну ты же можешь!

— Угу... Под мою ответственность! А он, между прочим, только что сдал своего шефа! Почему я должен ему верить?

— Руслан, а у него выбор был?

— Нет!

— Вот! И о какой преданности можно говорить: если его, по сути, на коротком поводке держали? Вот представь, что кто-то твою дочь в заложники взял! И обратиться не к кому?

— Руслан, — Васильев, быстро поняв, что сейчас решается вопрос о его дальнейшей судьбе, прижав руки к груди, сказал, — ты же меня не первый год знаешь! Если бы не дочка, я бы никогда!

— А... Отстаньте! — махнув рукой, продолжил капитан: — Шучу я. Но учти, если что, я тебя из-под земли достану... Степаныч, валяй, рассказывай...

— Начну с главного! Раз твоей дочери лучше стало, то лечат её не в нашем мире и можешь быть уверен, будут лечить. Тебя конечно, если накосячишь, могут и того... Но вот её не тронут. Теперь о наболевшем! Руслан, а может ещё по пятьдесят грамм? Ну, дык пиво