Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Поставьте новый барьер, как вокруг лагеря на охоте! — напутствовала им я. И теперь наконец вся толпа, гомоня и размахивая руками, двинулась вверх по склону. Я смотрела им в спины, прикидывая, не надо ливыставить стражу вокруг храма, чтобы кто-нибудь туда не забрёл и не посеял панику, но из мыслей меня вырвал Канавут.
— Что теперь?
Я огляделась и увидела его, Адифепа, Джарана и Гам, которые стояли и выжидательно на меня смотрели. Вот ведь Вачиравит дурной, думал, что ему тут положиться не на кого, а меж тем его друзья поддерживают даже меня, даже после всего безумия, что только что произошло. Сначала не досчиталась двоих — а потом вспомнила, что Найяны и Лека я уже никогда не досчитаюсь.
Правильная, поступающая по совести Ицара Суваннарат во мне сразу захотела открыть рот и отплатить за поддержку честностью — рассказать обо всём, что случилось в храме. А вот злая и повидавшая всякое Ицара Саинкаеу подумала: стоит ли сейчас рисковать союзниками? Что если этот груз перевесит чашу их доверия? Что если они добьют Чалерма? А вдруг он ещё пригодится?
И только одна безымянная Ицара хотела защитить Чалерма вовсе не из корыстных соображений, чего бы он ни наворотил.
Поэтому я потрясла головой и кивнула в сторону Чаата.
— Я пойду договариваться. А вы помогите Чалерму. Он ранен и лежит недалеко от храма. Только заклинаю вас небесными богами, не заглядывайте в храм. С тем, что там, мы будем разбираться позже.
— Ты одна пойдёшь? — выпалила Гам. — Они же тебя убьют!
Я оглядела своих людей и стянула с Адифепа белый чонг, который висел у него на шее, как сонный удав. Гам округлила глаза.
— Мы сдаёмся⁈
— А нам осталось, что защищать? — хмыкнул Адифеп. Джаран поджал губы, а Канавут только с тоской посмотрел в сторону библиотеки. М-да, она ведь тоже наверняка рухнула, а книги, что Чалерм выудил, он складывал у себя…
— Нам нужно защитить людей, которые не знали, что творит верхушка клана, и не могли на это повлиять. Пожалуйста, помогите Чалерму.
С этими словами я развернулась и побежала вниз — мимо ворот, сквозь пустоту, которая ещё недавно была непреодолимым барьером.
Впрочем, пробежав всего ничего, я поняла, что соображаю не лучше, чем черепаха, всю жизнь прожившая в сундуке. Мне навстречу, по идее, поднималась армия, и в первых рядах шли уж точно не командующие, с которыми мне нужно было договариваться. Поэтому я снова вспрыгнула на меч — благо Думрун заправил меня махарой так, что до Жёлтой горы долететь хватило бы.
Нормальные деревья ниже по склону не пострадали от исхода амарда, хотя с высоты я увидела широкую межу — где он шёл. Но рассматривать не было времени: навстречу мне так же на мечах над верхушками деревьев двигались махарьяты в одеждах цвета тёмного золота. Надо думать, из клана Гийат. Летели они небыстро — наверняка не хотели сильно опережать войско Ниранов, которые не могли летать. Но я всё равно не стала медлить и ждать, когда по мне начнут стрелять или лупить махарой. Подняла над головой чонг Адифепа и расправила его так, что он, наверное, стал походить на летящий шарф какого-то божества.
Да уж, Ицара, богиня на чашечку, сомнительные у тебя мгновения славы.
До меня донёсся окрик — и махарьяты, летящие навстречу, заозирались. Я понадеялась, что это их командир велел им не убивать меня сразу. Конечно, я заранее поставила щит, но по-настоящему хорошему махарьяту мой щит — что шёлковая вуаль.
Наконец строй златооблачённых воинов поколебался и раздвинулся, выпуская юношу в таких сверкающих одеяниях, что я поймала глазом солнечного зайчика.
— Назовись! — повелел он голосом таким молодым, что я задумалась, как его вообще пустили в военный поход. Но думать было недосуг.
— Я Ицара Саинкаеу, вдова Арунотая Саинкаеу, командующая кланом этой горы!
После всего верещания мой собственный голос подсел, так что пришлось его усилит махарой. Белый чонг я не опускала на всякий случай, мало ли, кому что померещится.
По золотым махарьятам пробежала волна бормотания и переглядывания.
— Вдова? — уточнил глава Гийат, а я всё больше уверялась, что это он, хотя видела я его издалека только в общих чертах.
— Амарданур Саафучон Думрун Сункиат убил его в отместку за годы неволи. Сам амарданур с тех пор покинул гору, а всех причастных к преступлениям против мирового порядка казнил твой брат.
Я сказала это в надежде на то, что Гийат захотят поговорить с Чалермом, прежде чем врываться на гору и кромсать налево и направо. Однако после моих слов повисла какая-то нехорошая тишина.
— Как удобно, — произнёс глава Гийат не очень-то обрадованным голосом. — Наказали провинившихся внутри клана, как будто это ваше семейное дело. И почему мы должны вам верить?
Надежда моя не оправдалась, ну да ладно, я не очень-то и полагалась на то, что он поверит моему слову. Поэтому я развела руками:
— Милости прошу ступить на земли Саинкаеу и убедиться своими глазами в том, что клан более не представляет опасности.
— Благодарю за гостеприимство, — хмыкнул юнец, явно строящий из себя более опытного и хитрого, чем он был на самом деле. — Однако хорошо Чалерм устроился, занял чужую гору и посылает ко мне глашатая, как будто это я пришёл просить у его порога! — Он кивнул воинам, окружавшим его. — Взять её! Я буду разговаривать с дорогим старшим братом на своих условиях!
Я тихонько застонала. Вот ещё подросткового показушничества мне не хватало во всём этом балагане!
Но меня никто не спрашивал — четверо махарьятов подлетели ко мне и набросили на меня сеть для ловли демонов. Я не сопротивлялась — с армией мне всё равно не справиться, да и не стояло такой задачи. От прикосновения нитей сети мои каналы тут же забились пустой силой, так что я оказалась отрезана от своей махары. Меч упал куда-то меж деревьев, и я повисла, как оса в паутине, в светящемся мотке. Не удержалась и глянула себе за спину на облысевшую бывшую Оплетённую гору. Что будет, если Чалерм не выжил или лежит без сознания? Поверит ли его дурной брат в историю о самопожертвовании?
— Подождите!
Я повернулась на
