Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

так что следы будут не так похожи, как хотелось бы. Но будем надеяться, что туземцы вообще не будут обращать внимания на следы слона, а будут заняты поисками наших. Если они все же присмотрятся, то очень удивятся, увидев следы двуногого слона. Вы, Джерри, будете сегодня нести первую вахту — два с половиной часа. Шримп будет последним — от трёх до шести. Спокойной ночи!

На следующее утро они поднялись рано. Проглотив холодный завтрак, они проложили ложный след, а сами отправились в противоположном направлении. Замыкая шествие, Бубенович со всей силой наступал на отпечатки ног того, кто шёл впереди него.

К концу мили, которую Тарзан считал необходимым пройти для маскировки их следов, это был уже довольно усталый «слон». Он присел на обочине тропы, снял свои громоздкие «ноги» и отбросил их в сторону. Но Тарзан тут же поднял их и швырнул подальше в чащу кустарника.

— Это было трудное поручение, сержант, но вы наиболее подходили для этого.

— Я могу нести Корри…

— А ведь этот человек имеет жену и ребёнка! — проворчал Шримп.

— У полковника больше прав — он старше чином! — возразил Бубенович Джерри.

— О, нет! — воскликнул Тарзан. — Просто я не мог доверять охрану Корри волкам.

Корри рассмеялась, глаза у неё блестели.

Ей нравились эти американцы с их странными шутками и пренебрежением к условностям. Англичанин, хоть и более сдержанный, очень подходил к их компании. Джерри говорил ей, что он лорд, но сама его личность произвела на неё гораздо большее впечатление, чем титул.

Внезапно Тарзан поднял голову и втянул воздух ноздрями.

— Поднимайтесь на деревья, — сказал он.

— Кто-нибудь идёт? — спросила Корри.

— Да, один из «родственников» сержанта — с двумя парами конечностей. Это одинокий самец. Иногда такие бывают свирепы.

Он подсадил Корри на свисавшие ветви, в то время как другие вскарабкались на соседние деревья. Тарзан улыбнулся: они становились довольно ловкими. Сам он продолжал стоять на тропе.

— Вы ведь не собираетесь оставаться там? — спросил его Джерри.

— Некоторое время. Я люблю слонов. Они мои друзья. Большинство из них любят меня. Я узнаю заранее, если он захочет напасть на меня.

— Но это не африканские слоны, — настаивал Джерри.

— Индийские слоны не такие дикие, как африканские, и я хочу провести эксперимент. У меня есть теория. Если она окажется неправильной, я успею спастись на деревьях. Всегда видно, когда слон собирается напасть: он поднимает уши, изгибает хобот и начинает трубить. Теперь держитесь, пожалуйста, на деревьях, не разговаривайте и не шумите. Он уже приближается.

Четверо человек на деревьях застыли без движения и стали ждать появления слона. Корри боялась за Тарзана. Джерри считал глупостью идти на такой риск, а Шримп хотел иметь в такой момент автомат.

Вдруг на тропе показался огромный корпус животного. Когда маленькие глазки увидели Тарзана, животное остановилось.

Тотчас же уши его поднялись, а хобот изогнулся вверх.

Он готовился к нападению. Эта мысль возникла у всех четверых, сидевших на деревьях.

Губы Корри двигались. Они беззвучно повторяли мольбу:

— Скорее, Тарзан! Скорее!

Наконец Тарзан заговорил. Он использовал язык, который, как он верил, был общим для большинства зверей — материнский язык великого племени обезьян. Немногие могут говорить на нём, но он знал, что многие понимают его.

— Йо, Тантор, Йо! — сказал он.

Слон раскачивался из стороны в сторону. Он не затрубил, а уши его медленно опустились, и хобот распрямился.

— Йод! — произнёс Тарзан.

Большой зверь поколебался один момент, потом пошёл по направлению к человеку. Он остановился перед ним, его хобот вытянулся и начал ощупывать тело человека. Корри вцепилась в ветку дерева, чтобы удержаться от падения. Она теперь поняла, почему некоторые женщины в момент большого волнения падают в обморок.

Тарзан погладил хобот слона и тихо прошептал что-то.

— Абу Тандала! — приказал он.

Слон встал на колени. Тарзан обвил хобот вокруг своего тела и вновь приказал:

— Нала бьят!

Тантор поднял его и посадил себе на голову.

— Уинк! — скомандовал Тарзан. Слон двинулся по тропе, пройдя под деревьями, где сидели четверо поражённых людей.

— Нам пора отправляться, — сказал Тарзан. Все слезли с деревьев.

Джерри был раздражен тем, что он считал «эгоистическим» выставлением напоказ мужества и отваги.

— Какая польза от такого риска? — спросил он резко.

— Живя в лесу бок о бок с дикими зверями, нужно много знать, если хочешь выжить, — объяснил Тарзан. — Эта страна незнакома мне. В моей стране слоны — мои друзья и неоднократно спасали мне жизнь. Я хотел узнать характер слонов здесь и проверить, могу ли я диктовать им свою волю, как я делал это дома. Возможно, что через несколько дней вы будете рады, что я выяснил это. Есть, конечно, шанс, что я больше никогда не увижу этого слона, но если мы встретимся, то он узнает меня, и я узнаю его. У Тантора, как и у меня, хорошая память и на друзей, и на врагов.

— Простите, что я так сказал, — извинился Джерри, — но мы все очень испугались, глядя на вас.

— Для меня почти не было риска, — возразил Тарзан, — но не вздумайте это сделать сами.

— Почему? — спросил Бубенович.

— Он может распороть вас бивнями, растоптать ногами и разбросать месиво, которое было раньше вами, по лесу.

Корри содрогнулась. Шримп покачал головой.

— А я-то кормил их в зоопарке земляными орехами!

Вскоре они достигли леса с огромными и величественными