Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Я сладко улыбнулась.
— Что вы, Чалерм, мне для любования красивым мужчиной посредники не нужны. Надо же изыскивать среди ежедневных испытаний возможности для наслаждения!
На лице и руках Чалерма проявились узоры, и я возликовала — наконец-то удалось его как следует растормошить! Ну давай же, жги, полыхай, пускай и тебя пожрёт изнутри кровожадная ярость!
Но потом я поняла, что узоры его светятся не красным, а розовым, и прежде чем я осознала, что это значит, Чалерм сиганул через спинку лавки, просвистел по лестнице и исчез где-то в вышине древодома.
Глава 13.
Прямые слова, косые взгляды
Я дала Чалерму время прийти в себя. Никогда в жизни не видала, чтобы мужчина так смущался. А тем более махарьят! Да ещё не из последних. Он же, наверное, в своём клане был среди лучших, иначе я не могу себе представить, что это за клан такой невероятный. Впрочем, может, он и не из клана, а у бродячего наставника учился? Я по-прежнему ничегошеньки о Чалерме не знала, а всё это смущение — отличный способ сбить меня с толку и уйти от вопросов о его клейме.
Подумав об этом, я решила, что хватит с него поблажек, и пошла наверх, благо свеженький барьер от подслушивания меня пропустил.
К моему приходу Чалерм уже чинно восседал за столом, и на то, что что-то не так, намекали только чуть влажные волосы вокруг лица. Умывался? Я прыснула в кулак. Давненько я не забавлялась, а уж подразнить Чалерма сама амардавика велела!
Подхватив одной рукой плетёное кресло, я обогнула стол, поставила его под боком у учёного и уселась, как ни в чём не бывало. Пока я всё это делала, заметила, что и кончики волос у Чалерма сырые, от них на бирюзовом шёлке оставались влажные следы. Не просто умывался, а целиком окатился. Ну что ж, дружок, я тебе предоставлю поводов бегать в омывальню!
— Пранья! — прошипел Чалерм, осознав, что я пристроилась у него под локтем.
— Да-да? — я похлопала глазами, а потом облокотилась на стол так, чтобы моё лицо оказалось прямо рядом с бумагами, которые Чалерм якобы изучал.
— Ваше место — по ту сторону, — заметил он.
— Там неудобно, — скривила рот я. — Коленки упираются.
И с этими словами отвела колено в сторону, коснувшись его бедра. Чалерм вздрогнул. На мгновение его узоры снова вспыхнули, но он быстро справился с собой, и, когда обратил ко мне возмущённое лицо, глаза его светились умиротворённо-лазурным.
— Что вы делаете? — спросил он тоном, который вовсе не соответствовал этому цвету.
— А на что похоже? — хмыкнула я и легонько пробежалась пальцами по его руке. Узоры всё-таки проступили, а свет в глазах самую малость порозовел. — Может быть, я бы не отказалась взглянуть на ваше клеймо поближе и повнимательнее.
— В таком случае, — выдохнул Чалерм, — возможно, не стоило выходить замуж за другого?
Я лениво пожала плечами.
— Так вы не предлагали. Вы вообще мне в той камере не предлагали совершенно ничего интересного. Вот посулили бы клеймо показать, я бы подумала.
Мне показалось, или над головой Чалерма заструился дымок?
— Какое вам дело до моего клейма? — проворчал он и попытался отодвинуться вместе с креслом, но его-то было тяжёлое, деревянное, так просто с места не столкнёшь.
— А оно на интересном месте, — хихикнула я. Моя рука змейкой поднырнула под его широкий рукав и скользнула под ткань чокхи между пуговицами. Увы, те сидели слишком часто, так что моя ладонь не пролезла дальше, а в следующее мгновение Чалерм отлетел вместе с креслом на другой конец кабинета.
— Как вы можете быть такой бесстыжей⁈ — выпалил он, уже не скрывая цвета узоров.
— Ну вы же как-то умудряетесь стыдиться за семерых, словно в жизни женщины не видывали.
— Вы замужем! — напомнил Чалерм, но в ответ я только поморщилась. Мой брак с Арунотаем оставался для меня чисто деловым соглашением. Где бы он ни пропадал сейчас, вряд ли он отказывал себе в простых радостях, а я почему должна?
— И кто в этом виноват? — пробормотала я, присматриваясь к документам на столе. Похоже, Чалерм успокаивал свои порывы при помощи расписания охот.
Учёный встал, поднял кресло, протопал через комнату и с грохотом водрузил его снова рядом со мной.
— Я не так воспитан! — прорычал он. — В моём клане не принято проявлять излишнее внимание к тем, за кем ты не собираешься ухаживать с целью женитьбы.
Я откинулась на спинку кресла и вальяжно потянулась, любуясь взглядом Чалерма, который полностью противоречил его словам. Боги небесные, на меня никто так никогда не смотрел!
В моём крошечном клане все жили друг у друга на голове, и пусть дом условно делился на женскую и мужскую половину, всё же у меня было пятеро младших братьев. Понятное дело, на мужскую половину они не с младенчества переселялись, а я, как одна из старших, помогала их и пеленать, и купать, и лечить. У нас и взрослые как-то проще относились к делам телесным. В пределах горы никто не наряжался, потому что ради кого? Все друг друга знали, как облупленных. Ходили в шароварах да чонг вокруг груди обматывали, как придётся.
Город Краам у подножия Жёлтой горы тоже не был оплотом чистоплюйства. Там жили обычные люди, в основном не богатые, зато время от временем попадавшие в дурацкие положения. Например, пару раз мне приходилось изгонять демона из человека, которого удалось застать врасплох за справлением нужды. Частенько случалось и врываться в комнаты цветочного дома в поисках оборотнихи-обольстительницы. Да и добрая половина всех демонов норовила перекинуться в подобие людей, чтобы соблазнить юную махарьятту. Я не знаю, как можно заниматься нашим делом и оставаться при этом таким застенчивым.
— Откуда же мне знать, как вы там воспитаны? — протянула я. — Когда бы не воля случая, я бы и о том, что вы махарьят, не узнала. Мало ли, вдруг этим клеймом Саинкаеу запечатали в вашем теле демона разврата, оттого вы и шарахаетесь от любого намёка, как ошпаренный.
Чалерм наконец-то обернулся и встретился со мной взглядом, и на сей раз его глаза пылали гневом.
— Вы думаете, Саинкаеу меня за дело заклеймили⁈
Я пожала плечами: откуда
