Житейские измерения. О жизни без вранья - Людмила Табакова

– Надо же, – удивлялась Анна, – всё, как у людей. На два дома живёт, паршивец!

Однако дверь перед котом не закрыла: Сын же.

В светлую седьмицу, после Пасхи, жители городка пытались дозвониться до Бога. Желающие могли подняться на колокольню и ударить в колокола, каждый из которых имеет свой язык и свой голос. Не выдержала Анна. Подвязала праздничный платок и к храму в длинную очередь. Выйдя из подъезда, она увидела Классика, встретилась с ним взглядом и заметила, что он покраснел.

– Охранник с метлой. Бывает же такое, – подумала Анна и почему-то тоже засмущалась.

Классик проводил её до храма долгим взглядом.

Смеялась колокольня весёлым перебором и перезвоном. Стоя в очереди, люди тихонько перебрасывались словами:

– Говорят, колокольный звон порчу снимает.

– Да, и хромоту, и ломоту.

– Дочери моей Василисе жениха бы хорошего.

– Дай Бог, чтобы год урожайный был.

– Пусть конец света если и будет, то не скоро.

– Господи, внучка хочу понянчить. Прошу тебя, пошли моей дочери ребёночка.

– А мне не помешала бы хорошая денежная работа.

– Испоганили землю, варвары… Вы нынешнюю Ангару видели? Куда Бог смотрит? Почему не наказывает?

– Вот пенсию бы поболе.

– Что ты, бабка, сдурела, что ли? Бог тебе – не собес.

Анна слушала молча. Своё сокровенное она доверит только Богу.

Получив благословение батюшки, по деревянным ступеням узкой винтовой лестницы люди поднимались на колокольню. Кто шёл в обнимку с более сильными, кто своими ногами… Среди них Анна. Минута, и с помощью звонаря движения её рук отозвались тягучим медовым голосом большого колокола и лёгким многоголосьем маленьких колокольцев. Женщине показалось, что душа её и тело, поддерживаемые весенним воздухом, парят высоко под небесами.

Конец ознакомительного фрагмента.