Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

Глава клана округлил губы, осознавая мой подход, а потом покаянно склонил голову.

— Безусловно, в случае Вачиравита это был и мой промах. Однако, выходя за него, вы ещё никого из нас не знали, но теперь вы имели возможность познакомиться со всем кланом.

О да, имела, и ещё какую! Знала бы заранее, умчалась бы отсюда так быстро, что волосы бы по ветру колом стояли.

Но вслух я этого не сказала.

— С кланом я познакомилась, да. И в полной мере насладилась положением жены наследника.

Кажется, вышло ядовитее, чем я хотела, и Арунотай поднял на меня растерянный взгляд. Я вдохнула поглубже и продолжила.

— Будучи замужем за Вачиравитом, я оказалась связана по рукам и ногам. Он свои обязанности по клану не выполнял, а его имя ни для кого ничего не значило. Мои же полномочия ограничивались его несуществующей властью. Пусть я обрела это положение не совсем законно, но будь на моём месте и любая другая, более достойная женщина, разве ей было бы лучше? Думаете, подлинная Кессарин бы не сбежала отсюда через месяц, запертая в резиденции, где нет возможности ни для дел, ни для безделья? Я уже не говорю о том, что бы сделала могущественная махарьятта из другого крупного клана, буде вы бы нашли для брата такую партию.

На протяжении моей речи Арунотай пару раз открывал рот и ёрзал на месте, явно желая поспорить, но сдувался и слушал дальше. Теперь же он высказался.

— Я согласен, что Вачиравит плохо подходил на должность, которую занимал в клане. Да, я знаю, управление — не его стезя. Я назначил его только потому, что отчаялся разбудить его волю к жизни иными способами. Так, по крайней мере, я стал не единственным, кому от него было что-то нужно. И вы видели результат: к тому времени, как вы пришли на гору, Вачиравит почти вернулся к нормальной жизни! Поэтому я ни о чём не жалею, даже если порядки в клане пострадали от его попустительства.

Внутри меня потрескивал костерок негодования, но всё же резоны Арунотая я могла понять. Что бы я о нём ни думала, брата он явно любил. Иногда покровительственно и снисходительно, но… посмотрим правде в глаза, нормальный человек не мог бы любить Вачиравита без доли снисхождения. Разве что амардавика принимала его как есть с воодушвлением, но она и не мыслит, как человек.

Поэтому я с усилием кивнула и повела речь в нужную мне сторону. Чалерм, помнится, отмечал моё красноречие? Пора хоть раз применить его для созидания, а не разрушения.

— Я понимаю вас, глава. Однако жить в клане, зная, что я могла бы быть ему полезна, и при этом не имея возможности применить свои силы, для меня слишком мучительно. Лучше уж сидеть в темнице и ничего этого не видеть.

Арунотай вскинулся что-то сказать, но я выставила вперёд руку, давая понять, что не договорила.

— Поэтому если ваши намерения относительно меня серьёзны, то я бы хотела увидеть гарантии того, что моё положение как жены главы клана будет иметь действительный вес. Что я не буду бесправным зрителем представления о гибели этого клана.

Арунотай нахмурился.

— Почему вы говорите о гибели? Клан Саинкаеу процветает.

Тут моя выдержка лопнула.

— Процветает⁈ Никто ничего не умеет, советники продажные, в делах кавардак, со слугами справиться и то не могут, на любой чох нужно десять разрешений, при этом в клан спокойно проникают посторонние, вас самого пытались отравить, теперь с кананом вот-вот рассоритесь да ещё оба амарда сбежали! Это, по-вашему, процветание⁈

Я с трудом затолкала обратно себе в глотку дополнительные проблемы в виде лесных ду и соседнего города, которые собираются пойти за головами Саинкаеу, да и о распространении лиан предпочла помолчать. Всё же слова Чалерма о том, что Арунотай чуть что побежит в совет, не выветрились ещё у меня из головы.

Впрочем, ему, кажется, и так хватило. Глава принял задумчивый вид и даже потёр подбородок, хотя обычно он вовсе не касался своего лица, как и подобает благородному махарьяту на высокой должности.

— Я бы не стал использовать такие громкие слова, — наконец произнёс он. — Особенно такие мрачные пророчества. Однако я понимаю, о чём вы говорите. Многие связи в клане закостенели, а другие разрушились, и последние годы у меня не было возможности заниматься их восстановлением.

— Ну так вот, у меня эта возможность есть, — вклинилась я, поскольку он надолго задумался. — Я готова работать на благо клана. А вот красиво сидеть на диванах и услаждать собой ваш взор — не готова. Поэтому думайте, зачем вам нужна жена.

Арунотай внезапно глянул на меня изумлённо, словно я сделала что-то вовсе необыкновенное.

— Ицара… — произнёс он растерянно, и вдруг его лицо озарилось радостью, даже узоры замерцали голубоватым светом. — Простите, я только сейчас понял, к чему вы ведёте. Но… — он тихо рассмеялся, отвернула, прикрыв рот ладонью, потом снова обратился ко мне. — Видите ли, я сам пытался подвести ровно к тому же. Причина, по которой в нашем клане глава не может жениться на обывательнице, в том, что на супругу главы возлагаются определённые обязанности, с которыми простая женщина не справится. И, предлагая вам этот союз, я в первую очередь надеялся вас уговорить взять на себя ответственность за внутренние дела клана, то есть, то, чем до сих пор должен был заниматься Вачиравит. Простите, я не подумал, что вы проявите такое рвение, я был уверен, что придётся вас долго и постепенно уговаривать.

Я не удержалась и закатила глаза.

— Арунотай, я и при Вачиравите уже взяла на себя половину его работы, а если бы он не мешал, вязла бы и всю! Вы что, вообще не видите, что вокруг вас делается?

Он изумлённо покачал головой.

— Боюсь, я так погряз в некоторых внешних сложностях, что внутренние изменения прошли мимо меня. Но, Ицара, это ведь означает, что нам ничего не стоит договориться!

Я охотно закивала.

— Конечно, если вы готовы облечь меня властью, то и я полностью в вашем распоряжении!

Он поджал губы — не так, как это делают от сомнений, а так, как будто на ходу пересочинял все планы.

— Что ж. В таком случае не стоит откладывать. Честно говоря, у меня сейчас нет совершенно никаких сил на полноценный свадебный обряд, да и время поджимает. Не оскорбит ли вас, если мы проведём