Весь Генри Хаггард в одном томе - Генри Райдер Хаггард
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Наступил конец августа — как наступал он уже тысячи раз с тех пор, как земля впервые совершила вращение вокруг своей оси и как наступит еще тысячи раз, пока не кончится отмеренный земле срок и мир не погрузится во тьму; дни сменялись днями, но — Эрнест все так же ухаживал, Ева — все еще сомневалась…
Однажды вечером — это был очень красивый вечер — пара гуляла по берегу моря. Назначили они свидание заранее или встретились случайно — не имело никакого значения, главным было то, что они встретились и теперь шли рука об руку, заряженные своими чувствами, словно грозовое облако — электричеством. Впрочем — буря пока еще не разразилась.
Подслушавший их разговор мог бы подумать, что эти двое впервые познакомились лишь вчера. Говорили они в основном о погоде.
Беседуя, они набрели на небольшую парусную лодочку, вытащенную на берег, однако оставленную не так уж далеко от воды. В лодке стоял и задумчиво смотрел на море пожилой моряк. Руки он засунул в карманы, зубами крепко сжимал трубку, а взгляд его был устремлен куда-то в морскую пучину. По всей видимости, он не заметил появления влюбленной пары, пока они не оказались в двух ярдах от него. Только теперь он пришел в себя, развернулся, учтиво поклонился и поинтересовался, не хочет ли молодая леди совершить морскую прогулку.
Эрнест выглядел удивленным, но и обрадованным.
— А каков ветер?
— Дует прямо от берега, сэр, а с приливом повернет в обратную сторону и в лучшем виде доставит вас на место.
— Не хочешь отправиться под парусами в море, Ева?
— О нет, благодарю. Мне уже пора домой, семь часов.
— Тебе незачем так спешить. Твоя тетушка и Флоренс отправились на чай к Смитам.
— Да нет же, я не могу… я просто и подумать не могла…
Ева отказывалась вполне недвусмысленно, но моряк истолковал ее слова по-своему. Он уверенно подтянул парус, а потом спрыгнул на песок и сильным движением столкнул лодку в воду, так, чтобы она стояла прямо.
— Прошу вас, мисс.
— Да нет же, я не пойду.
— Прошу вас!
— Эрнест, я не хочу!
— Пойдем, Ева, — улыбнулся Эрнест, протягивая ей руку.
Ева приняла ее и грациозно запрыгнула в лодку. Эрнест и моряк вместе толкнули маленькое суденышко, Эрнест ловко прыгнул в лодку — и порыв ветра в тот же миг наполнил парус, разом отогнав лодку от берега ярдов на десять.
— Почему моряк остался на берегу? — спросила Ева.
Эрнест уверенно управлялся со снастями. Заложив курс от берега, он неторопливо оглянулся. Моряк стоял на берегу в той же задумчивой позе, в какой они нашли его — руки в карманах, трубка во рту, взгляд устремлен на воду.
— Мне кажется, он не против, чтобы мы плыли без него, — заметил Эрнест.
— Возможно, но ты должен вернуться за ним!
Эрнест произвел несколько энергичных манипуляций — нисколько, впрочем, не повлиявших на ход лодки, — и вывел судно на открытую воду.
— Сейчас мы обогнем скалу, развернемся и заберем его.
Однако когда они совершили поворот и вернулись к тому пляжу, от которого отплывали, моряка на берегу не оказалось!
— Очень жаль! — заметил Эрнест. — Вероятно, он отправился выпить чашечку чая.
Ева собиралась рассердиться — но ей это так и не удалось, и она рассмеялась.
— Если бы я думала, что ты сделал это нарочно, я бы ни за что, никуда и никогда больше с тобой не пошла!
Эрнест выглядел испуганным.
— Нарочно?!
Они сидели бок о бок на корме, а раскаленное солнце медленно тонуло в океане. Под утесом уже залегли прохладные тени, но по воде прямо перед ними расстилалась великолепная золотая дорожка. Воздух был чист и свеж; для двух этих людей мир был прекрасен и беспечален — на земле их не ждали тревоги, на море — шторма…
Ева сняла шляпку, и прохладный ветерок играл с ее локонами. Она опустила руку в воду и задумчиво следила за серебристой дорожкой, которую прочертили в воде ее пальцы.
— Ева…
— Да, Эрнест?
— Ты знаешь, я уезжаю.
Ева резко вытащила руку из воды.
— Уезжаешь? Когда?
— Послезавтра. Сначала в Гернси, а оттуда во Францию.
— А когда же ты вернешься?
— Думаю, это зависит… от тебя, Ева.
Рука девушки снова вернулась в воду. Теперь они находились примерно в миле от берега. Эрнест ловко управлялся с парусом, и лодка плыла параллельно земле. Чуть помолчав, он снова заговорил:
— Ева…
Молчание.
— Ева, ради бога, посмотри на меня!
В его голосе прозвучало нечто, заставившее ее повиноваться. Она вытащила руку из воды и взглянула Эрнесту в глаза. Лицо юноши было бледно, губы дрожали.
— Я люблю тебя, — сказал он тихим, низким, хриплым голосом.
Ева рассердилась.
— Зачем ты потащил меня в море? Я хочу домой! Все это чушь; ты всего лишь мальчик!
Бывают в жизни такие моменты, когда человеческое лицо способно передать чувства и эмоции куда ярче любых слов — словно сама душа говорит на этом немом языке. Так произошло сейчас с Эрнестом: он не ответил ни слова на упреки девушки, но лицо его побледнело еще сильнее, а сверкающие, словно звезды, глаза буквально впились
