Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон

он развернулся и посмотрел вверх по течению Реки Духов, постаравшись охватить взглядом как можно больше, однако там ждал лишь очередной изгиб. А он надеялся увидеть… что? Мэтью Корбетта в какой-нибудь лодке с веслами в руках? Увидеть, что Мэтью уцелел и не угодил к аллигаторам в пасти? Что ж, скоро предстоит это выяснить. Магнус не знал, хотят ли семьи погибших на этой охоте людей получить обратно тела, чтобы провести христианские похороны. Если хотят, он готов был согласиться и добровольно вернуться в это проклятое болото с группой искателей и вернуть все, что было здесь брошено. Он считал, что сам он должен быть благодарен за одно то, что ему удалось возвратиться из этого дьявольского края живым. Да, он должен быть благодарен…

Магнус оставил своего коня — столь символично носившего имя Герой — в загоне на плантации. Он не знал, как часто он будет возвращаться туда — теперь, без Сары, там было слишком тихо и печально. Кинкэнноны сдержали свое слово и вчера заплатили Магнусу двадцать фунтов, которые он должен был разделить пополам с Мэтью. Он вдруг вспомнил о том, как сильно его отец был одержим золотом — с момента прибытия в Новый Свет старался отыскать этот драгоценный металл, но так и не смог. В другие времена Магнус, скорее всего, отказался бы принимать плату золотом и освободил бы хозяев плантации от данного слова, но когда он получил эти яркие золотые монеты в небольшом кожаном коричневом мешочке, он решил, что свою половину должен забрать — хотя бы из уважения к воле Мэтью — а вторую половину вернуть Кинкэннонам, так было правильнее. Возможно, Мэтью все же вернется и захочет забрать свою часть заработка, хотя в глубине души Магнус понимал, что с его другом случилось что-то ужасное. Прежде чем покинуть Грин Си вчера вечером, он попросил Кинкэннонов позволить ему потратить одну из своих монет, но они спокойно выдали ему все три предмета, которые ему требовались. Так что теперь Магнус направлялся домой с намерением эти предметы использовать перед похоронами Сары.

По прибытии Магнус начерпал воду из своего колодца в деревянную миску, принес ее в дом и поставил рядом с одним из этих трех предметов — маленьким зеркальцем на подставке. Он поставил его под углом, чтобы хорошо видеть свое лицо.

Как я стал таким? — спросил он себя. И еще лучшим вопросом было: куда теперь отсюда поведет меня моя река?

Он вспомнил, что говорил Мэтью о его ситуации: Сейчас вы можете изменить себя. Сначала ванна и чистая одежда, затем прическа и борода, а после — возьмите изумруды и бутылки, отвезите их в город и посмотрите, что можно сделать. Ваше ремесло может пользоваться большим спросом, а Вы — можете привлечь нескольких дам, куда как более достойных, чем Пандора Присскитт. Но, если вы предпочитаете уединенную жизнь здесь, то можете похоронить эти возможности, прирасти здесь корнями, зарыться в раковину так глубоко, что попросту исчезнете. Выбирать вам. Это ведь ваша жизнь, не так ли?

Да, — сказал Магнус своему заросшему черной бородой лицу. — Это моя жизнь.

Только… она уже не казалась ему жизнью. Здесь — было лишь его убежище от жизни, здесь он от нее скрывался. Сворачивался в клубок и надеялся убежать от горестей, а также — спланировать месть людям, которые забыли о нем, неважно, были они еще живы или уже умерли. Казалось, Магнус слишком долго ждал момента, когда будет готов.

И теперь — он был готов.

Возможно, именно смерть прекрасной и добродушной Сары выпустила его из этого заточения. Может быть, потеря Мэтью Корбетта заставила Магнуса окончательно выбросить ключ от этой темницы. Так или иначе, жизнь была слишком хрупка и коротка, чтобы коротать ее в одиночестве, избегая людей, и думать, что все они раскрашены одной кистью. Теперь он понимал, что люди — как целая палитра, которую он использует для создания своих бутылок. Никогда не знаешь, как они себя поведут, чем станут, пока не позволишь им показать себя.

Магнус хотел изменений. Он хотел новых возможностей после своего перерождения, как если бы он сам был одной из своих бутылок, в которую предстоит вдохнуть жизнь. И возможно… он действительно сможет воссоздать себя, как Мэтью ему и говорил, найти свой путь в этом мире и оставить этот дом позади. Он не ожидал слишком многого… но был готов начать.

С глубоким вздохом, напомнившим о решимости, он начал использовать второй предмет, который дали ему Кинкэнноны. Острые ножницы начали активно укорачивать его длинную спутанную бороду, и блоха — а возможно, даже две — выскочили оттуда. Прощайте, ребятки, подумал Магнус. Он продолжил работать ножницами, пока борода не стала достаточно короткой, чтобы можно было справиться с нею третьим предметом, полученным в Грин Си — опасной бритвой. Пока рука Магнуса продолжала продираться через черные заросли лица, он понял, что даже не представлял, насколько спутанной и грязной была его борода. Он вспомнил, как говорил Мэтью, что его Ма и Па считали эту бороду красивой. Нет… она делала его диким зверем, хотя в сердце он таким не был. И когда Магнус намазал лицо мылом и начал работать бритвой по контурам челюсти, щек, подбородка — осторожно, осторожно двигаясь по давно забытой территории — он увидел, как появляется в отражении совершенно новый человек, намного моложе на вид и действительно красивый.

Он вымоет и вычешет волосы, наденет свою самую чистую одежду, чтобы проявить уважение к Саре. А после — попытается отыскать Мэтью Корбетта завтра утром. Хотя он и сомневался, что поиски эти увенчаются успехом. Странно: отчего-то ему казалось, что Мэтью был спрятан за дверью, которую захлопнула перед ним Куинн Тейт, но, если он и впрямь был в том доме, почему не показался?

Что ж, завтрашнее путешествие по реке немного прояснит ситуацию, сказал Магнус симпатичному молодому человеку в зеркале. Я отправлюсь на поиски Мэтью в последний раз.

А потом что? Что будет послезавтра?

Будет новый день, когда Магнус Малдун возьмет свои зеленые камешки, некоторые из