Весь Генри Хаггард в одном томе - Генри Райдер Хаггард

как твои дела с красавицей-Евой? — в тот же день поинтересовалась у брата Дороти.

— Знаешь что, Долл, — отвечал Джереми с видом человека, находящегося на последней ступени отчаяния, — не смейся над своим братом! Если б ты только знала, что я чувствую вот здесь, внутри…. если бы ты знала… ты не знаешь…

— Что? Тебе плохо? Может быть, немного бренди? — воскликнула Дороти в неподдельной тревоге.

— Не будь дурочкой, Долл! Это не имеет отношения к моему желудку, это вот здесь! — и он постучал себя по правой стороне груди, искренне веря, что сердце находится именно там.

— И что же ты чувствуешь, Джереми?

— Чувствую! — со стоном отвечал ее брат. — Чего я только не чувствую! Когда я не нахожусь рядом с ней, мне кажется, что я тону… знаешь, как бывает, когда уходишь гулять без обеда? Вот так я себя все время и чувствую. А когда она смотрит на меня, меня бросает то в жар, то в холод. Когда улыбается — как будто кто-то пристрелил пару вальдшнепов справа и слева от меня…

— Хорошо-хорошо, Джереми, — перебила его Дороти, начиная думать, что ее брат повредился рассудком. — А что будет, если она не улыбнется?

— Тогда, — грустно покачал головой Джереми, — как будто кто-то стрелял, да промахнулся.

И хотя его сравнения звучали несколько своеобразно, Дороти было совершенно ясно, что ее брат испытывает вполне искренние чувства.

— Ты действительно любишь эту девушку, дорогой? — мягко спросила она.

— Знаешь, Долл, мне кажется, что… да.

— Так почему же ты не предложишь ей выйти за тебя замуж?

— Выйти за меня? Да я недостоин даже чистить ее туфли!

— Честный джентльмен подходит любой женщине, Джереми.

— Кроме того, у меня ничего нет, и я не могу содержать ее, даже если бы она сказала да, хотя она не скажет!

— Сейчас нет, со временем будет. Помни, Джереми, она очень привлекательная женщина и очень скоро найдет себе других воздыхателей.

Джереми застонал.

— Но если бы ты сейчас заручился ее согласием, и если она порядочная женщина, а я думаю — она порядочная, то это уже не имело бы никакого значения, и вы могли бы сыграть свадьбу через несколько лет.

— Так что же мне делать?

— Я бы спросила, любит ли она тебя, и если да — то согласна ли ждать несколько лет.

Джереми задумчиво присвистнул.

— Я поговорю об этом с Эрнестом, когда он приедет.

— На твоем месте этот вопрос я бы решила самостоятельно! — быстро отозвалась сестра.

— Торопиться тоже не следует. И двух недель не прошло, как мы познакомились. Я поговорю с Эрнестом.

— Тогда ты можешь очень пожалеть об этом! — с какой-то странной страстью в голосе воскликнула Дороти, порывисто встала и вышла из комнаты.

— Вот те раз, и что это она имела в виду? — удивился Джереми, оставшись один. — Вечно она преувеличивает, когда дело касается Эрнеста.

Впрочем, смятение по-прежнему не покидало его душу; влюбленный Джереми со вздохом надел шляпу и отправился гулять.

В воскресенье — на следующий день после беседы с Дороти — он снова встретил Еву, на этот раз в церкви. Там она, по мнению Джереми, была особенно похожа на ангела — но подойти к ней он не смог. Уже на выходе из церкви ему удалось переброситься с ней парой слов, но не больше, поскольку проповедь в тот день оказалась длинной, и проголодавшаяся Флоренс спешила домой.

А потом настал долгожданный понедельник — день возвращения Эрнеста.

Глава 7

ЭРНЕСТ НЕОСТОРОЖЕН

Кестервик — слишком маленькая деревня, и ближайшая железнодорожная станция находилась в четырех милях от него, в Раффеме; Эрнест должен был приехать двенадцатичасовым поездом, и Дороти с братом отправились встречать его.

Когда они добрались до станции, поезд уже показался вдалеке, и Дороти успела подняться на платформу. Паровоз пыхтел и никуда не торопился — как это свойственно всем поездам на одноколейках восточных графств — однако в положенное время прибыл на станцию и выпустил из своих недр Эрнеста с его багажом.

— Привет, Куколка! Значит, пришла меня встретить? Как ты, старушка? — весело закричал Эрнест, заключая Дороти в объятия.

— О Эрнест, перестань! Я уже слишком большая, чтобы целовать меня на людях, словно маленькую девочку.

— Большая? Хм… Мисс Пять Футов С Небольшим! Кроме того, никаких людей здесь больше не наблюдается.

Других пассажиров не было, и одинокий носильщик уже унес вещи Эрнеста к коляске.

— Нечего смеяться над моим ростом! Не всем же быть размером с майский шест, как ты, или здоровенным, как Джереми.

Джереми уже спешил к ним — он увидел Эрнеста через застекленные двери конторы; вскоре все трое ехали домой, оживленно переговариваясь и стараясь перекричать друг друга.

В дверях Дум Несс их встречал мистер Кардус, делавший вид, будто просто смотрит на океан, но на самом деле с нетерпением ожидавший Эрнеста, к которому он успел очень привязаться за все эти годы… хотя тщательно скрывал свои чувства.

— Здравствуй, дядя, как поживаешь? Выглядишь прекрасно! — закричал юноша, едва коляска остановилась.

— Все хорошо, Эрнест, благодарю. Ну а тебя и спрашивать не нужно. Я рад тебя видеть. Ты вовремя, потому что в моей оранжерее как раз распустились Batemania Wallisii и Grammatophyllum speciosum. И последний просто великолепен.

— Правда? Прекрасно! — интерес Эрнеста был совершенно искренним, поскольку он разделял любовь своего дядюшки к орхидеям. — Пойдем скорее, покажешь мне их!