Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

расчёт. Мой родич был довольно простодушным парнем, как и большая часть его подчинённых, являющаяся молодыми дренгами. Но зато у них были старшие родственники, как впрочем и у многоопытных хольдов. Вот пускай они и скипидарят всех вокруг, заботясь о курице, что может приносить золотые яйца. Ну а я ещё по возможности Гарди пару слов шепну, чтоб за Тормодом со своей стороны присматривал, если при дворе Сигурда какие-то нездоровые интриги начнутся или кому-то придёт в голову отправить его на этой войне на самоубийственное задание. Хотя в слух гордому ассону я конечно ничего такого не сказал, просто хлопнул его по плечу со словами:

— Тут уж всё в твоих руках.

— И они тверды — фыркнул мой брат — А ты должен мне поединок.

— Ооо, как будто могло быть иначе — рассмеялся я.

Решив основные вопросы, мы наконец смогли сесть за стол, крепя единство фростхеймских и ассонхеймских ассонов, а заодно обмениваясь новостями и говоря по душам. Причём если у Тормода и Гринольва зима прошла в целом неплохо, то вот у многих конунгов и ярлов было весьма беспокойно. Как говорится то одно, то другое, то третье, то пожар в корабельных сараях, то глупые конфликты, но испортившиеся запасы, то ещё какая-нибудь дрянь. Зуб даю, что без эльфов здесь не обошлось. Однако чтобы всерьёз раскачать Ассонхейм подобных неприятностей всё таки было маловато и это настораживало. От лесного народа я ожидал большего. Понятное дело, что даже саму подготовку к походу тщательно пытались скрыть, узнать о ней было нетривиальной задачей. Но раз нам подгадили так мало, следует ждать какой-то ловушки в самом вике. Возможно это паранойя, но даже будь ты хоть трижды параноик это не значит, что за тобой не следят. Особенно ушастые жители лесов. Кроме лохов, что колючие плющи любят, в подзвёздном лесу хватает весьма крутых и башковитых перцев. Собственно будь иначе, южные рыцари уже бы благополучно прибрали к рукам весь подзвёздный лес, низведя эльфов до примерно того же состояния, в котором они мне в своё время попались в одной книжке про седовласого ведьмака.

Впрочем по синей лавочке пожаловался на ушастых и я, однако по не самому типичному поводу. Всё таки хотелось от мудрой, долгоживущей расы мудрецов иного поведения, а имеем что имеем. К тому же даже у длинноухих слуг самомнение выше крыши и нос в потолок. Вроде и пытался их немного облагодетельствовать, но толку чуть, от всего нос воротят. Предлагаешь им свободу и вполне приемлемые условия жизни, только шевелись, а всё то же. Будто москвичу, что в долгах погряз, с которыми никогда не расплатится, даёшь кредитную амнистию, но с переездом далеко за МКАД, а он нос воротит. Ему лучше в кредитном рабстве, но зато не в посёлке городского типа посреди Сибири, где вокруг одно бескультурное быдло. Тфу блин три раза на этих ушастых веганов.

В общем под крепкий мёд все выговорились и я исключением не был. На следующий же день Гринольв зачаровывал свою обновку под себя, а ближе к обеду мы с братом наконец начали звенеть железом. И в первом же поединке я начал с чисто ассонской яростью атаковать Тормода, осыпая его щит ударами копья. Всё таки модификация собственного тела даёт весомые плюсы, из минусов же пока что был лишь зверский аппетит. Тормод в первые мгновения боя был ошеломлён напором и был вынужден отмерцать мне за спину, от чего уже я совершил духовный скачок, дабы не получить удар между лопаток.

Но дальше брат собрался и мы будто бы немного поменялись местами. Хотя это пожалуй не совсем верное определение. Просто раньше Тормод всегда превосходил меня в физической силе и мышечной массе, а я был вынужден больше полагаться на скорость и ловкость. Однако сейчас мои мышцы стали плотнее и тяжелее, грубой мощи у меня стало больше. Мы с братом оказались в равных положениях, а потому ему пришлось стать куда более подвижным. Баланс сместился, весы качнулись и замерли в своеобразном равновесии.

Правда сам Тормод за зиму как всегда не терял времени, постоянно тренируясь с оружием до седьмого пота, пока я был занят магией и управлением Грайгейром. А потому мой родич вовсю пользовался своим преимуществом, стремясь меня подловит. Несколько раз я чудом избегал попаданий наконечника его копья в сочленения брони. Он же не собирался останавливаться на достигнутом, читая мой стиль боя и практически предсказывая мои выпады. Всё шло к тому, что в первой нашей схватке в этом году меня всё таки заколбасят под улюлюканье моих хирдманов и конунговских дружинников с драккара брата. Но однако я смог удивить противника, телепортировавшись кверху ногами вертикально над ним и условно поразив шею, а потом вторым скачком уйдя от позорного падения и приземлившись на ноги. После чего проворчал:

— Хелль, скоро за тобой будет не угнаться.

— Хорош прибедняться — буркнул раздосадованный брат, который несколько секунд назад уже чувствовал вкус победы на губах — Хотя последний манёвр конечно был рискованным, но интересным. Давай ещё раз!

— Это всегда пожалуйста — оскалился я в предвкушении, умолчав, что пришёл к нему, летая на диске в том числе и кверху ногами.

Однако у норн сегодня были несколько иные планы и наблюдатель с верхушки скалы крикнул:

— Паруса со стороны Ассонхейма.

Я повернулся в нужную сторону и прищурился, а мой родич поинтересовался:

— Ну Альвгейр, что видит твой полуэльфийский взор?

— Что ты нифига не повзрослел, даром что борода уже растёт — отозвался я на набившую оскомину шутку — А паруса вроде в цветах ледяных драконов, синие вертикальные полосы на белом.

— Интересно кто к нам решил пожаловать ещё до желающих встать под твою руку — покачал брат головой.

— Сейчас гляну — пожал я плечами на это и к удивлению Тормода присел на корточки, что было сил оттолкнулся от камня, прыгая вверх и обратился в виверну, полетев к кораблям Великого Конунга.

На них быстро заметили ледяную рептилию, отлетевшую от острова, но к стрельбе или метанию острых предметов не готовились. Наши драккары всё таки были уже заметны на берегу, а значит летающая зверюга кого надо зверюга. Я же разглядел на носу самого крупного драккара Эйдис Странницу, знакомую мне по прошлому году дочь Великого Конунга. После с трудом выигранного поединка адреналин ещё гулял по крови, настроение было весёлым, а настрой слегка хулиганским и потому решился на откровенно авантюрную выходку