Господарь Смоленский - Сим Симович

— А я думаю иначе, — сказал он твёрдо. — Сила есть сила. И если она служит благому делу, то что в ней плохого?

— Правильно! — крикнул кто-то из толпы. — Князю нужна сила!

— Магия не грех, если она защищает правых! — поддержал другой голос.

Настроение толпы начинало меняться. Простые люди всегда уважали силу, особенно если она была направлена против их угнетателей.

Воспользовавшись моментом, я шагнул вперёд:

— Люди Смоленска! — крикнул я. — Я пришёл сюда не за властью, а за справедливостью! Этот город — моя родина, и я не позволю врагам её разорить!

— А что с изменниками делать будешь? — крикнул кто-то из толпы.

— Изменников накажу! — ответил я. — Всех, кто торгует интересами Смоленска за чужое золото!

Улита побледнела. Ратибор сжал рукоять меча, но пока не решался напасть.

— Докажи! — выкрикнула Улита. — Если обвиняешь, то докажи!

— Хорошо, — ответил я и протянул руку в её сторону.

Заклинание поиска было простым, но зрелищным. Золотистые нити потянулись от моей ладони к Улите, окутали её, затем указали направление — к её усадьбе.

— Там лежит польское золото, — сказал я громко. — Пятьдесят гривен серебра и письмо от Казимира Справедливого.

Толпа ахнула. Улита попятилась:

— Ложь! Магические фокусы!

— Тогда пойдёмте проверим, — предложил Семён Лазаревич. — Народ, идёмте к усадьбе Воронковой!

Толпа пришла в движение. Ратибор попытался было остановить людей, но его никто не слушал. Агафья подошла ко мне:

— Умно сделано, — тихо сказала она. — Но теперь врагов у тебя прибавится.

— Враги — это хорошо, — ответил я. — Они помогают понять, на правильном ли пути идёшь.

Через час мы стояли во дворе усадьбы Улиты Воронковой. В её доме действительно нашли польское золото и письма. Правда, не совсем там, где я указал — пришлось немного подкорректировать заклинание поиска. Но зрители этого не заметили.

Письма были красноречивыми. Польские послы обещали богатые награды за «содействие в установлении мира между Смоленском и Польшей». То есть за сдачу города.

— Измена! — кричала толпа. — Изменница проклятая!

Улита пыталась оправдаться:

— Я думала о благе Смоленска! Польша предлагала союз!

— Союз? — рявкнул Семён Лазаревич. — Это называется продажа отчизны!

Ратибор Борискович понял, что дела плохи, и попытался незаметно ускользнуть. Но я не дал ему уйти:

— А ты куда, воевода? Не хочешь показать свои письма к венграм?

Ратибор развернулся, выхватил меч:

— Хватит твоих фокусов, колдун! Отвечай клинком!

Но на этот раз я не стал церемониться. Заклинание молнии ударило в его грудь, отбросило на несколько шагов. Ратибор упал, но поднялся — кольчуга спасла от смертельной раны.

— Ты не знаешь, с кем связался! — прохрипел он и начал произносить заклинание.

Оказывается, воевода тоже владел магией. Любопытно.