Варрэн-Лин: Сердце Стаи - Юна Ариманта

— Солнце садится, — сказал Дайм, разглаживая первую прядь и принимаясь за вторую. — Нам скоро выдвигаться.

Динка прерывисто вздохнула от звука его голоса. Она вспомнила, как он во время рассказа о ее злоключениях что-то вырезал ножом из дерева. Он вырезал этот гребень для нее. И еще раньше, тот самый первый гребень, который он ей подарил. Он ведь давно относится к ней по особенному. Когда это началось? Почему она ничего не замечала? А круглые кусочки заморского лакомства, купленного только для нее?

— Вернемся? — спросил Вожак. — Тебе нужно поесть и согреться перед дорогой.

Динка невесело усмехнулась. Как будто на этом проклятом острове можно согреться каким-то еще способом, кроме… Ее дыхание снова сбилось, и она подняла голову и посмотрела на Дайма. Он смотрел на нее все с тем же странным выражением, которое она никак не могла истолковать для себя. Динка тряхнула волосами, высвобождая прядь волос из его рук, и нырнула в заросли тростника, скрывавшие единственный сухой пятачок на отмели. Хоегард с Тирсвадом сидели на дальнем от нее краю отмели и о чем-то тихо говорили между собой. Шторос валялся на песке, посасывая рыбий позвоночник и задумчиво глядя в затянутое тучами небо. На нее никто не обращал внимания, и Динка уже смелее выползла на сухой песок и подползла к лежащей на камне жареной рыбе, покрытой золотистой аппетитной корочкой, и принялась жадно есть. Вожак тоже вернулся и расположился недалеко от нее. Динка быстро утолила голод, но ее продолжал бить озноб. Мокрое платье неприятно липло к телу.

— Ты зря ждешь, — произнес вдруг Шторос, обращаясь непонятно к кому. И Динка с удивлением посмотрела на него.

— Она еще не совсем понимает, чего хочет, — продолжал он, все также глядя на проплывающие над головой тяжелые облака. Теперь стало ясно, что он разговаривает с Вожаком. Снова, будто бы она просто вещь, о которой они говорят между собой, словно ее и нет рядом. Как же злила эта его манера!

— Оставь ее, ей просто нужно время, — спокойно отозвался Вожак.

— У тебя нет этого времени, — буркнул Шторос. — Передышка заканчивается. Дальше только снова в бой.

И тут же повернул голову и обжег Динку своим ярким взглядом.

— Динка, хочешь согреться? — проговорил он с развратной улыбкой на губах.

Динка поджала губы, отвернулась от его нагло ухмыляющейся физиономии и наткнулась взглядом на сидящего рядом Дайма.