Фантастика 2025-46 - Маркус Кас
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Гансу было лучше, его отношение сегодня было не столь агрессивное. Он даже пытался поддерживать разговор, вставляя короткие фразы. Но больше беседа шла на немецком, Ната практически не ела, занимаясь переводом. Немец выразил восхищение моей подругой несколько раз, заставив меня усомниться, не французы ли его далекие предки. Последовал комплимент и в мой адрес: Ганс выразил восхищение блестящей ловушкой, в которую попался его отряд. Но стоило перевести разговор на персону Дитриха, как немец замыкался, становясь неразговорчивым.
После ужина, предпринял первую психическую атаку: повел разговор о том, что мир этот большой и необжитый. Что торговать куда выгоднее войны. Ганс частично соглашался, рассказал о пропавшей бесследно неудачной экспедиции под руководством своего друга. Я бы мог его просветить о судьбе товарища, павшего от моей руки, но предпочел промолчать.
* * *
— Что ты с ним планируешь делать? — спросила Ната, ныряя ко мне под шкуру.
— А что, понравился? — не успел я закончить фразу, как Ната обрушила на меня град ударов своими маленькими кулачками.
— Дурак! — отодвинулась в сторону девушка.
— Голова внезапно заболела? — усмехнулся я, вспоминая любимую женскую тактику. Как что не по их плану — так сразу голова больная или ещё что похуже.
— Он поправляется. Где гарантия, что не нападет. Ты видел, какой он здоровый, — от голоса девушки веяло холодом.
— Он под присмотром двоих Русов. Кроме того, ещё пару недель его состояние не позволит ему чувствовать себя в хорошей форме. А до этого решу, как с ним быть. — Я отвернулся к стене, стараясь заснуть.
— Максим, не обижайся, — сменила гнев на милость Ната, — просто меня обидел твой вопрос.
— Не обижаюсь, спи, сегодня голова болит у меня, — еле подавил смешок, услышав недовольное сопение девушки.
Нарм, вызванный спозаранку, удивился, услышав про замаскированную батарею из двух пушек у южной оконечности крепостной стены на берегу озера. Оставив его в недоумении насчет своих дальнейших планов, проверил прочность ворот. Толщина досок достигала десяти сантиметров, но таран мог их выбить. Подозвав Шрама, обсудил с ним сооружение дополнительных укреплений ворот — такой двойной двери, какие бывают в кабинетах руководителей.
Арбалетчики и лучники тренировались: между ними появилось негласное соревнование в мастерстве. Этот извечный спор, кто лучше — арбалетчик или лучник, продолжался и здесь. Лучник стреляет быстрее, гораздо быстрее, и, пожалуй, дальше. В каменном мире именно арбалет больше приспособлен для поражения бронированных целей. Преимущество лучника в стрельбе, нивелируется тем, что лучнику приходится стрелять, подставляясь под ответный удар. А арбалетчик может стрелять даже из укрытия, просунув острие стрелы между досками.
Командовал лучниками воин по имени Хард: наблюдая за его распоряжениями, видел, что это опытный воин.
— Хард, подойди! — Командир лучников подбежал бегом.
— Ты знаешь, что такое навесная стрельба из лука?
Этого Хард не знал. Даже мне не приходилось это практиковать ранее, все наши бои были лицом к лицу с врагами. Когда я объяснил суть навесной стрельбы, на лице командира отразилось удивление.
— Макс Са, как можно попасть во врага, не видя его, — ответил Хард на мое предложение стрелять по навесной траектории, оставаясь внизу, а не на стенах. Ещё полчаса потратил, объясняя, что при такой стрельбе главное не меткость, а кучность и площадь попадания. Хард с сомнением качал головой, пришлось наглядно показать, насколько эффективной может быть такая стрельба. Когда стрела улетела и скрылась за стеной, приказал открыть ворота. Пришлось отойти на сто пятьдесят метров от стены, прежде чем нашлась стрела, вонзившаяся в землю по наконечник.
— Видишь, это одна стрела. А когда сто лучников выстрелят по такой траектории, на врага обрушится град стрел. Большинство немцев будет без шлемов, падающие с неба стрелы будут их убивать и выводить из строя.
До Харда дошло: вернувшись обратно, он выстроил десяток лучников и произвел залп. Как и ожидалось, стрелы накрыли площадь довольно кучно, охватив около десятка квадратных метров.
— Макс Са, Ты был прав! — голос Харда звучал благоговейно.
— Главное, что твои лучники не будут под обстрелом. Находясь на стене, им надо встать, чтобы сделать выстрел. В этот момент по ним тоже стреляет враг, для нас каждый лучник очень важен. Сделайте несколько тренировок, но не забывайте, что враг недалеко. Для сбора стрел посылай только группу в несколько человек, и не забывайте наблюдать за лесом: немцы могут выслать вперед небольшой отряд.
Но потренироваться Харду и его лучникам не удалось: в одной из башен забили тревогу, используя маленький колокол, подвешенный в башне. Колокол был изобретением «христоверов». Впервые увидев его в башне, даже мысленно поблагодарил Никона и его шайку за это внедрение.
— Макс Са, — запыхавшись подбежал Борд, — со стены доложили: небольшой конный отряд немцев показался из леса и снова скрылся.
— Мы знали, что так будет. Расставляй всех по местам, не исключено, что немцы попробуют взять нас нахрапом.
— С нами Макс Са, нас никто не победит, — улыбнулся Борд, бегом возвращаясь к стене.
"Мне бы твою уверенность", — проводив взглядом майора, быстрым шагом пошел к себе: война — войной, а обед по расписанию.
Глава 16. Лицом к лицу
Появление конного — явно авангардного, разведывательного — отряда Дитриха означало, что его основные силы тоже на подходе. Пока обедал, в этот раз не стал приглашать Ганса разделить трапезу, анализировал возможные варианты атаки. Представив себя на месте немецкого короля, попытался предугадать его действия. Скорее всего, пылающий гневом Дитрих с ходу пошлет свою армию на штурм, полагаясь на их численность. Его лучники и стрелки из ружей будут осыпать градом огня защитников стены. Прикрывая людей щитами, что несут таран, они попробуют приблизиться и выбить ворота. Такая тактика применялась столетиями практически во всех войнах. Получив отпор и потеряв некоторое количество своих воинов, немцы отступят.
Если у них есть осадные орудия и пушки в лагере — вторым этапом станет обстрел стены и защитников. Но что-то мне говорит, что второго этапа не будет: его Большая Берта и ее младшие сестры выведены из строя, а строить разнообразные осадные орудия Дитриху некогда. С каждым днем становится холоднее, близость Мехика к Альпам дает основания полагать, что зимы здесь
